Книга Верхний мир. Призрак свободы, страница 354 – Майя Олав Глакс

— Это меч твоей пра-пра-пра… — начал было Дэниэл, с нескрываемым любопытством наблюдая за новым знакомым.

— Да-а-а, — завороженно перебил его Майкл. — Жаль, мои родственники отдали его в музей, вот бы здорово было подержать его в руках…

В павильоне с техникой учеников и вовсе было сложно собрать возле какого-то экспоната, все разбежались кто куда. Кто-то изучал зеркала со странными письменами на рамах, кто-то хихикал возле безжизненных металлических рамок, называвшихся когда-то трансвидерами, старыми аналогами телевизоров. Сейчас это все выглядело по-другому и работало от электричества, а не от эфира.

— И как только они звонили по ним⁈ — возмутилась Мэй, разглядывая металлические бруски, соединенные друг с другом.

— Говорят, этот циркуляр передавал на расстоянии мысли, — прищурившись, разглядывала старинный коммуникатор ее подруга.

— Глупости, — отмахнулась Мэй. — Мысли передают словами. Или поступками.

Мистер Тейт услышал это и улыбнулся второй раз за всю экскурсию.

В зале фотографий дети бросились искать своих предков. Одна из девочек, с черными волосами застыла, возле изображения девушки, которая наполовину была невидима, очевидно, она была ее далеким родственником. Дэниэл же нашел снимок выпускников старой академии Эстера, на котором среди прочих нашлись Леди Тали, Дин Рид, Джейсон Милтон, Клаус и Джоан Берч.

— Кажется, они были хорошими друзьями, — заметил Дэниэл, смотря на юные лица, искрящиеся надеждой.

Майкл тоже долго смотрел на эту фотографию, и когда учитель проходил мимо, неожиданно спросил:

— Мистер Тейт, а как вы думаете… Они знали, что станут героями?

— Нет, — просто ответил Тейт. — Они просто делали то, что считали правильным.

Последний зал был посвящен эфиру. Безжизненные кристаллы переливались на солнце, два защитных амулета висели на стене, а в центре зала стоял уменьшенный прототип башни-маяка Старого Эстера. Теперь этот маяк был обычным электрическим фонарем, но возле экспоната фотография показывала, как когда-то с вершины башни бил яркий луч, а город будто бы зонтом накрывал защитный купол. Тот самый, что когда-то в одиночку держала стена Эстера, Леди Тали.

Под маяком лежал кусок кристалла — тусклый, серый, с едва заметными трещинами.

— Этот кристалл был сердцем барьера, — тоном лектора вещал Тейт. — Когда-то он питал купол, защищавший Эстер от порождений Тьмы. Теперь это просто камень.

— Мистер Тейт, — в этот раз поднял руку Дэниэл Берч, — а эфир когда-нибудь вернется?

Учитель снял очки и долго протирал их, прежде чем ответить.

— Никто не знает, — сказал он, наконец. — Все больше ученых склоняется к тому, что мы никогда не сможем почувствовать его силу. А с каждым новым поколением мы все дальше от старого мира. И некоторые уже считают все это не историей, а сказаниями. Красивыми, страшными, но самыми правдивыми из всех, что у нас есть.

За окнами музея шумел город. Автомобили везли людей по делам, где-то играла музыка, и дети, высыпавшие на улицу после экскурсии, тут же забыли о звенящей тишине далекого прошлого. Но Майкл Рид, прежде чем выйти, еще раз обернулся на кристальный меч за стеклом. Странным образом солнечные лучи из окна музея так упали на старый клинок, что казалось, будто на пару мгновений меч сверкнул глубоким внутренним светом.

Майкл удивленно вздернул брови, но тряхнув головой, решил, что ему это скорее всего показалось. Поэтому ничего не сказав и только поправив лямку рюкзака, он шагнул за порог музея — в мир, который когда-то спасли те, кто теперь навсегда остался в легендах Верхнего мира.