Книга Верхний мир. Призрак свободы, страница 102 – Майя Олав Глакс

Дин не заметил, как его свободная рука сжалась в кулак и осветилась красным светом. И неожиданно этот всплеск эфира разом принес облегчение всем его ранам.

— Мы отомстим, — тихо произнес Рид, переплетя пальцы Тали со своими. Леди только молча плакала в ответ, пока говорил Дин. — Мы обязательно отомстим за наших родителей. За твою сестру. За всех, кого мы потеряли в этой войне.

Тали ничего не ответила ему и на это, лишь зажмурилась, а он как будто ощущал зияющую дыру в ее сердце, как тогда, в лазарете Штаба, когда умерла Анна. И эта дыра была способна поглотить не только Леди, но и его.

— Я не сдамся, слышишь? — снова скривившись от боли и ненависти, произнес Дин, открыв глаза и наклонившись поближе к Леди. — У меня появился шанс все исправить, и я ни за что не упущу его.

— Но мы… мы не сможем вернуть их… — всхлипнула Тали, помотав головой.

— Нет, но сделаем все, чтобы их жертвы не были напрасными. Мы больше не оступимся, очистим этот мир и сделаем его лучше…

Дин и сам удивился, откуда в нем была сейчас эта уверенность, когда он едва мог дышать, не отключаясь при этом от боли. Молчание затянулось, а Рид ощущал, как воспоминания последних минут жизни до его убийства накатывают с новой силой, а ненависть овладевает им.

И лишь тихий голос Леди буквально сдерживал его от очередного приступа:

— Думаешь, у нас может получиться то, чего никому не удавалось с начала времен?

В другое время и в другом месте они бы понимали, насколько безумна и нереалистична эта идея. Но в этот момент, будучи на грани отчаяния, они нуждалась в этой надежде на возмездие.

— А разве кому-то еще, кроме нас, удавалось возвращаться из Нижнего мира после верной гибели? — хмыкнул Дин, крепче сжав руку Леди. — Думаю, если кто-то и сможет что-то изменить в этом мире, так это мы. Тем более, что мы теперь вместе.

Тали снова замолчала. Но в этот раз она уже всхлипывала чуть реже. А затем тихо, под нос произнесла:

— Вместе… — не то спрашивая, не то привыкая к этому слову.

Им нужно было еще так много обсудить, слишком долго это копилось в их душе, но сейчас в этом горе им не нужны были слова, чтобы просто поддержать друг друга. Тали молчала, а Дин подумал о последних днях матери, о том, что никогда не был хорошим сыном, и каждый раз, когда она звонила ему, ощущал болезненные уколы совести.

Словно вторя его мыслям, тело снова отозвалось болью, будто меч генерала Амхельна вновь пронзил его насквозь. В момент он позабыл и о матери, и о Леди, нуждающейся в его поддержке, а перед глазами мелькала только злая ухмылка Рейна да острие клинка, орошенное его собственной кровью. Руки предательски выдали состояние Дина, когда в очередной раз сжались в приступе, а вместе с тем осветились красной дымкой.

— Ай! Дин! — Леди тут же вскочила, причинив Риду еще больше боли.

Он зажмурился, пытаясь понять, что же произошло.

— Дин! Дин! Ты слышишь меня? — рука Тали коснулась его щеки, а голос едва пробивался сквозь шум и крики той роковой битвы.

Рид слышал, как она вскочила на ноги и в два счета оказалась в другом углу комнаты, а затем снова зазвенели склянки.

— Давай, выпей, это снимет боль!

Дин едва смог открыть глаза, а Леди чуть ли не силой влила в него желтую жижу, которая сначала обожгла горло, а потом теплом разлилась по телу, успокаивая его.