Книга Наследник магната. Вернуть любой ценой, страница 31 – Марго Лаванда

— Кристина, ты выйдешь за меня? — наверное, вопрос в такой ситуации естественный, но у меня подкашиваются ноги от неожиданности.

Внутри все переворачивается. Не выношу когда на меня вот так давят, загоняют в угол. Сразу набрасываются воспоминания, как наседал на меня отец, желая распоряжаться моей жизнью, будто я актив, а не свободная личность. Как это было ужасно и невыносимо, что даже привело меня в конечном итоге км побегу в другой город.

— Нет, Олег Петрович. — Собираю всю силу воли. Мои слова звучат холодно, но иначе я не могу. — Никогда не считала вас мужчиной, с которым могу идти рядом, рука об руку. Вы только не обижайтесь, я говорю сейчас с вами абсолютно искренне! — от нервозности перехожу на “вы”. — Никогда не рассматривала тебя как мужа. И каждый раз честно давала это понять, — добавляю. Мой голос тверд, хотя пальцы дрожат.

Олег замирает, потом лицо его меняется. Удивление переходит в раздражение, а потом и злость, все это ясно читается на его лице.

— Подумай, Кристина, не глупи, — говорит он, чуть приглушенно. — Ты ведь в положении. Тебе нужна защита. Брак — это стабильность, поддержка. Ты ведь понимаешь, что после родов не сможешь как раньше полноценно заниматься бизнесом. И родители твои успокоятся, не будут переживать за тебя, будут счастливы, что теперь ты защищена моим именем. Отцу легче станет. Он ведь сильно болеет, неужели не хочешь порадовать его?

— Таким способом? Выйдя замуж без любви? — каждое его слово взрывает меня, внутри поднимается острая ярость. — Точно нет! Ты не имеешь права решать за меня или дирижировать моей жизнью, Олег Петрович. — Говорю медленно, но уже не стараясь особо подбирать слова. — Я не нуждаюсь в «покровителях». И, будучи беременной, я сама решаю, кто будет рядом со мной и моим ребенком. Никто не может купить меня, ни букетом, ни обещаниями!

Вересаев наклоняется вперед, его голос становится резче.

— Ты ничего не понимаешь, Кристина. Ведешь себя как избалованный ребенок, — почти шипит он. — Посмотри правде в глаза: мое предложение для тебя — единственный выход!

— Возможно, для тебя кажется что так, — отвечаю ледяным тоном. — Для меня же, в приоритете — чувства. Потом уже — безопасность и уважение. Ты предлагаешь сделку. Я не торгую собой. Пожалуйста, Олег, сделай то, о чем я тебя еще вчера попросила. Не появляйся в моем доме без приглашения. Если хочешь — будь другом моему отцу. Мы с тобой — хорошие знакомые, я благодарна тебе за помощь с фирмой отца и с моим бизнесом, но это все.

Вересаев посмотрел на меня с такой угрозой во взгляде, что ладони снова сжались в кулаки. Он готов требовать, давить, покупать. Его голос становится выше, в нем явственно звучит угроза.

— Ты и правда думаешь, что можешь себе позволить отвергнуть меня? Подумай о последствиях, Кристина.

Слышу в его словах все — и расчет, и попытку управления, и желание загнать меня в угол.

— Я уже думаю о последствиях, — отвечаю ровно. — И мне не нужны твои предостережения. Уходи пожалуйста, я очень устала.

Олег смотрит на меня еще несколько секунд, словно решая, сделать ли еще попытку. Но затем с глухим звуком закрывает коробочку, поднимается, и уходит, оставив за собой стук двери, приторно пахнущий букет и чувство выжженного воздуха.

Обессиленно опускаюсь на диван, опустив голову на руки. Глаза жгут слезы — не от безысходности, а от усталости и облегчения одновременно. Оля подходит тихо, берет меня за плечи и крепко обнимает.