Книга Бомба для альфача, страница 112 – Аня Истомина

— Всё хорошо, не переживай, — успокаиваю её.

— Да как это не переживай! — помолчав, бурчит она себе под нос. — Сын в костюме, и меня заставил вырядиться, как на свадьбу. Тебе звание новое дали?

— Нет, — вздыхаю с улыбкой.

Мама снова замолкает, но в зеркало бокового вида я вижу, как то и дело задумчиво хмурятся её брови.

— С папой что-то случилось? — аккуратно спрашивает она.

— Ну да, поэтому я вырядился в костюм, — иронизирую. — Повод хороший, мам, не переживай.

Когда такси тормозит у ресторана, я помогаю маме выйти из машины, и мы проходим внутрь.

— Красиво как... — с улыбкой осматривается она, мельком глянув на себя в зеркало, пока официант ведет нас к столику. Садимся.

— Ты меня с девушкой новой хочешь познакомить, наверное? — осеняет маму.

— Теплее, — вздыхаю, разглядывая меню.

Я не сразу замечаю, что в зал заходит Анатолий Михайлович. Зато мама замечает это мгновенно — она издает удивленно-возмущенный нечленораздельный звук, нечто среднее между рычанием и всхрапыванием.

— А он-то тут откуда? — цедит сквозь зубы.

Поднимаю взгляд и встаю. Щукин бодро идет в нашу сторону, заметив меня, но, глянув на маму, сбивается с шага, замедляется и подозрительно щурится, будто пытается просчитать дальнейшее развитие событий.

— Здравствуйте, — тяну ему руку и, пожав ладонь, указываю на стул. — Присаживайтесь, Анатолий Михайлович.

— Вечер... добрый, — нехотя вздыхает он, покосившись на мою мать.

— И вам, — демонстративно вздёрнув подбородок и уткнувшись глазами в меню, холодно отзывается мама.

Мысленно закатываю глаза, глядя на них. Хотелось бы, чтобы наши родители немного теплее относились друг к другу, но что уж теперь?

Подходит официант, и мы делаем заказ. Я заказываю блюда и на Варю, потому что она тоже подойдет, просто капельку позже.

— Костя, может, объяснишь, что происходит? — мама сидит с идеально ровной спиной, ей явно некомфортно в компании с полковником.

— Да, хотелось бы, — хмурит брови Щукин, но по его взгляду я вижу, что он всё прекрасно понимает.

— Я собираюсь сделать Варе предложение, — смотрю на родителей.

Щукин лишь сильнее хмурится, а у мамы на лице проносится целый спектр эмоций: от растерянности до затаенной радости.

— Вы помирились? — ахает она, а затем резко оборачивается к Анатолию Михайловичу и, деловито подбоченившись, победоносно смотрит на него. — Ну что, будущий сват? Не вышло отмазаться от родства?

— К счастью, свадьба детей не обязывает их родителей к плотному общению, — с усмешкой копирует он её позу. Они сидят и смотрят друг на друга, как два упрямых барана.

— Хотите сказать, что на свадьбу не придете? — ядовито улыбается мама.

Щукин со вздохом отворачивается от неё и смотрит на меня:

— То есть ты собрал нас здесь, чтобы попросить руки Вари?

— Нет, — серьезно отвечаю ему. — Всё уже решено. Просто мне очень хотелось, чтобы в этот момент рядом были самые дорогие нам люди. Для меня это мама, для Вари — вы, Анатолий Михайлович. Я очень надеюсь, что мы отлично проведем этот вечер.

— Вот наглец, — невольно восхищается моей самоуверенностью полковник.

— Мне есть у кого поучиться упрямству, — сдерживая улыбку, смотрю на него.

— Да у матери, поди, — усмехается он.

— Да он на работе с вами больше времени проводит, чем дома, — тут же парирует она.