Книга Двойняшки от миллиардера, страница 11 – Тая Наварская

От его слов по коже бежит ледяной холодок. Поверить не могу! Мама отправила меня на свидание с гробовщиком!

— Э-э-э... Это очень... Очень специфичный вид бизнеса, — только и могу выдавить я.

— И очень прибыльный, — самодовольно ухмыляется. — Люди-то каждый день умирают.

М-да. Смерть — штука неоднозначная. Для кого-то горе, а для кого-то повод заработать.

— И ты... Ты сам... Ну, общаешься с родственниками умерших?

— Нет, сейчас этим уже занимаются специально обученные агенты. Я в механику, так сказать, не лезу. Мое дело — деньги считать. Хотя раньше, если честно, всякое бывало, — чешет затылок. — Когда только начинал, и жмуриков таскать приходилось. И ямы рыть.

— Жмуриков? — ужасаюсь.

— Ну покойников, — поясняет спокойно.

— Да-да. Я поняла.

Какое-то время едем в тишине. Я пытаюсь переварить услышанное, а Иннокентий беззастенчиво ощупывает меня взглядом. Похоже, я действительно в его вкусе. А вот он соответствует моему?

В свете новых подробностей этот вопрос можно считать открытым... Хотя, если разобраться, чего я так разволновалась? Ну, подумаешь, ритуальщик. Что в этом такого? Смерть — столь же естественное явление, как и жизнь. И люди, помогающие достойно проводить умершего в последний пусть, по сути, делают благое дело.

— Приехали, Софа! — провозглашает мой спутник, глуша мотор. — Вылезай.

Выбираемся из машины и шествуем к ресторану. Я бывала здесь раньше — приличное место. Видимо, современные гробовщики и впрямь не бедствуют.

Поздоровавшись с девушкой-хостес, занимаем уютный столик в центре зала и беремся за меню. Не знаю, как Иннокентий, но лично я планирую изучать его минут пять, не меньше. Мне нужно понять, что именно меня смущает в этом мужчине: его род деятельности, его панибратская манера общения или что-то еще...

— Та-а-к, что тут у нас, — очевидно, мой спутник привык выбирать вслух. — Телячьи щечки недурны... Да и медальоны тоже на вид аппетитны... Ты что будешь, Софа?

— Я София, — решаю немного осадить Иннокентия для того, чтобы сделать наше общение более комфортным. Не люблю, когда малознакомые люди на свой лад сокращают мое имя.

— Пардоньте, не хотел обидеть даму, — он примирительно посмеивается. — Ну так что будешь, София?

— Стриплойн и бокал красного, — вздыхаю, осознав, что спрятаться от общения со спутником не получится.

Иннокентий тоже делает свой заказ и вперяется в меня любопытным взглядом.

— Я слышал, ты в разводе?

Вот мы и переходим к главному.

— Да. И у меня двое детей.

— Круто. С тобой живут?

— Конечно. А как иначе?

— Ну не знаю... Многие мамки малых бабушкам скидывают, а сами личную жизнь устраивают, — пожимает плечами. — Шуры-муры, все дела.

Нет, все-таки меня, определенно, смущает его манера общения. Род деятельности здесь ни при чем.

— Мои дети живут со мной, — произношу твердо. — Хотя мама, безусловно, мне очень помогает.

— Понял. Ну а с бывшим что? Окончательно разбежались?

— Да.

Хочется спросить: «Как можно развестись не окончательно?», но я, если честно, боюсь услышать ответ на этот вопрос. От этого Иннокентия можно чего угодно ожидать.

— Ты не подумай, я детей люблю, — продолжает мысль мужчина. — Вот только своими так и не обзавелся. Почему? Да потому что...

Неожиданно у моего собеседника выключается звук. Словно регулятор громкости скрутили на ноль. А все потому, что за одним из соседних столиков я вижу человека, чье присутствие парализует, будто медленный яд. Карие глаза, опушенные веером густых ресниц. Гордая осанка. Бесконечная уверенность в движениях. Надменный взгляд человека, привыкшего быть хозяином своей жизни. Это он. Максим Багиров. Мужчина, с которым нас связывает одна ночь страсти и два рыжих чуда, которых я теперь воспитываю.