Книга Тест на отцовство, страница 24 – Тая Наварская

— Вот гадина, — с должным порицанием произносит подруга. — Ну а ты что?

— Прежняя я тут же бы поставила на место зарвавшуюся бабульку, — испускаю тяжелый вздох. — А новая я чуть не разревелась.

— Да ну? — с сомнением тянет Алина. — Ты? И разревелась?

— Знаю! Я сама себе не узнаю! Меня будто подменили! — выдаю возмущенно. — Где мой стальной характер? Где сила духа, в конце концов?

— Пролактин — штука суровая. Никого не щадит, — насмешливо изрекает она.

— Ох, уж эти гормоны… Вот ты во время беременности совсем не такая была!

— Тебе так только кажется. Дима за эти девять месяцев чего только от меня не натерпелся. Я и соленья у него среди ночи требовала, и скандалы на пустом месте закатывала. А еще эти заскоки в стиле: «Фу, какой запах… Пожалуй, я это съем».

— В смысле? — округляю глаза.

— Я почти каждый день с удовольствием ела рыбу, — с улыбкой сообщает Алина. — Но при этом на дух не переносила ее запах! Где логика? Не знаю. У беременных она, очевидно, где-то гуляет.

Мы с подругой в голос смеемся. Почему-то сейчас слушать забавные истории о ее беременности мне гораздо интересней, чем раньше. Однако стоит мне бросить беглый взгляд в сторону входных дверей, в которых появляется небольшая компания людей, как мое веселье мгновенно испаряется. Вздернутые уголки губ медленно сползают вниз, а взгляд буквально примагничивается к лицу человека, которого я привыкла считать своим.

С момента нашего последнего разговора мы с Мироном не виделись почти три недели, и, оказывается, я жутко по нему соскучилась. Одет он по обыкновению просто: белая футболка, поверх — клетчатая рубашка с закатанными до локтей рукавами и просторные голубые джинсы.

Мирон движется к своему столику в компании неизвестной мне златокудрой девицы и непринужденно с ней беседует. На его лице играет легкая улыбка, а взгляд зеленых глаз такой пристальный и внимательный, словно на ее отштукатуренном лице он узрел смысл жизни.

— Соф, ты чего? — Алина осторожно касается моего плеча, а затем, перехватив направление моего взора, сочувственно выдает. — Вот это встреча… Хочешь, уйдем отсюда?

— Нет, зачем? — мотаю головой. — Мы же взрослые люди. Не буду ж я от него бегать.

— А с кем это он? — озвучивает терзающие меня мысли подруга. — Ты знаешь эту блондинку?

— Впервые вижу. Кажется, наш правильный Мирон не такой уж и святоша, — едко отзываюсь я.

Умом понимаю, что моя ревность совершенно неуместна. Мирон имеет полное право встречаться с кем и когда пожелает. Ведь мы с ним вроде как расстались. Он свободный человек и привлекательный мужчина. Естественно, что он интересен женщинам и сам тоже интересуется ими. Что в этом криминального?

Но разум разумом, а уязвленное женское самолюбие подвывает раненной волчицей. Нет, ну как он мог? Я сижу здесь, одинокая и беременная, а он как ни в чем не бывало устраивает свою личную жизнь! А меж тем вполне вероятно, что именно он отец ребенка, которого я ношу под сердцем! Ну ладно-ладно… Сейчас, конечно, пока не под сердцем, а, скорее, под пупком, но сути это не меняет! Я не понимаю, почему Мирон так легко вычеркнул из памяти десять лет наших с ним отношений? Счастливых, надо заметить! Да, я оступилась, сделала ему больно, но это случилось лишь однажды! Неужели я не заслужила хотя бы шанса на прощение?