Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 411 – Рика Лав

— Но вдруг что-то потерялось по дороге? Вдруг мы что-то забыли дома? — она подняла на меня янтарные глаза, полные такого страха и тревоги, что у меня невольно сжалось сердце. — Кир, если мы что-то упустим хоть малейшую деталь, если они решат, что мы не подходим или чего-то не хватает…

— Не решат, — твёрдо перебил, сжимая холодные пальчики. — Всё будет хорошо, слышишь? Мы сделали всё правильно.

Но Ася не слушала.

Её внимание вернулось к документам, руки снова задвигались, пытаясь найти ту справку, которую она уже видела минут пять назад. В какой-то момент её тряхнуло так сильно, что несколько листов выскользнули из папки и разлетелись по салону машины, как осенние листья на ветру.

Один упал мне на колени, второй скользнул куда-то под сиденье, третий оказался на полу у Дэна спереди.

— Твою мать! — вырвалось у Аси вместе со всхлипом. Чистое отчаяние в голосе. Захотелось просто обнять её и не отпускать, пока весь мир не перестанет быть таким жестоким к ней. Она наклонилась, пытаясь собрать бумаги, но руки её тряслись слишком сильно, ей становилось всё хуже, Ася только роняла новые и новые листы, что выпадали из её пальцев. — Нет-нет-нет, ну почему? Почему я такая растяпа⁈ Почему у меня ничего не получается нормально сделать⁈

Стоп, пора прекращать. Она уже не справляется. Я перехватил её за запястья, останавливая, разворачивая к себе лицом и заставляя замереть на месте.

— Хватит, маленькая, — прошептал. — Я всё соберу. А ты просто сиди и дыши.

Наклонился, подбирая документы сам. Подобрал лист с пола у своих ног, дотянулся до второго под сиденьем, забрал третий у Дэна, который молча протянул его через спинку, встретившись со мной взглядом.

В глазах друга было понимание и сочувствие, он видел, в каком состоянии находится Ася, и не лез с комментариями, переживая за нас. Алиса тоже притихла, сжимая руку мужа.

Аккуратно сложил всё обратно в папку, проверяя порядок листов и убеждаясь, что ничего не помялось и не порвалось. Если бы это случилось, было бы сложнее, но и на этот случай у меня был план. Михалыч никогда не делает что-то в одном экземпляре.

Потом поднес руки Аси к своим губам и поцеловал каждый пальчик, следом перешёл ко второй, повторяя то же самое.

— Дыши, Асенька, — повторил, смотря ей в глаза. — Глубоко вдохни через нос и выдохни через рот. Всё хорошо. Документы целы и на месте. Мы готовы к этому.

Она попыталась выполнить мою просьбу, делая судорожный вдох, который больше походил на всхлип, потом ещё один, потом ещё. С каждым разом дыхание становилось чуть ровнее и чуть спокойнее. Наконец она прислонилась ко мне, уткнувшись лбом в плечо и обвивая руками мою талию.

Моя сильная девочка, которая прошла через столько дерьма в своей жизни и выстояла, сейчас, перед финальной чертой, превратилась в комок нервов, готовый развалиться от одного неосторожного слова.

Я обнял её, притягивая ближе, тело дрожали от нервного напряжения в моих руках. Гладил и гладил по спине размеренными движениями, от лопаток до поясницы, периодически лаская и массируя затылок.

— Давай ещё раз пройдёмся по списку, — предложил, забирая у неё папку и раскрывая на коленях, чтобы она всё видела. — Вместе. Чтобы ты была уверена.

Ася кивнула, не отрываясь от моего плеча. Убедившись, что она чуть успокоилась и слушает, я начал перечислять, доставая каждый документ, показывая ей и объясняя.