Книга Право тебя любить, страница 37 – Нюта Царёва

— Я уже ухожу, — спокойно отвечает Антон, появившийся в прихожей, но голос у него жесткий.

— И правильно. Я сама позабочусь о дочери, — холодно говорит мама и проходит мимо него, будто он пустое место.

Можно не надо мне ее заботы?

Антон усмехается и подходит ко мне.

— Держись, если что звони, — шепчет на ухо и выходит.

Я закрываю дверь и поворачиваюсь к маме. Та уже на кухне, достает из пакета какие-то контейнеры и укладывает в холодильник. Хмурится и осматривает кухню, словно в первый раз.

— Это что еще за мебель? — ее голос колкий.

— Просто... обновила, — устало отвечаю.

— Где старая? Добротная была.

— На помойке.

— С ума сошла? — округляет глаза и заглядывает в кастрюлю. Принюхивается и морщится. — Это еще что? Кто так готовит? Надо срочно вылить.

— Не надо, — цежу сквозь зубы.

Отнимаю крышку, захлопываю кастрюлю и убираю в холодильник. Это мое! Личное! Дорогое мне!

— Что у тебя с этим Антоном? — продолжает мама, будто не слышит.

Я молчу. Не хочу отвечать. Это не ее дело. И отчитываться я не собираюсь.

— А где Сева? Он тебя навещал?

— Нет не навещал, — складываю руки на груди. — Нечего ему здесь делать. Он нежеланный гость.

— Что ты выдумываешь? Сева любит тебя.

Каждое слово, как наждак по сердцу. Мама, как всегда, защищает не меня, а тот образ семьи, который ей удобен. Но сил с ней тягаться у меня нет. Я опускаюсь на стул и кладу голову на руки, чувствуя, как к горлу подступает горечь.

Почему она всегда против меня? Почему, когда я падаю, она не помогает подняться, а наоборот добивает? Не хочу этого слышать. Поднимаюсь и ухожу в комнату. Опускаюсь на кровать и прикрываю глаза.

Мама шумит на кухне, наливает чай, продолжает что-то говорить, но я уже не слышу. Я устала. Очень. И хочется просто, чтобы кто-то рядом.

Сижу на краю кровати, пока Фей щелкает мышкой. Он будто специально тянет, подогревая мое и без того натянутое терпение.

— Фей, ты издеваешься? — рычу я.

— Пять сек, — спокойно отвечает он и разворачивает экран в мою сторону. — Все готово. Смотри сам.

Я наклоняюсь ближе. В первых строках сухие цифры: рост, вес, дата рождения, спортивный разряд. Титулы, грамоты, участие в чемпионатах. Дальше переход в коммерцию, организация охранной фирмы, странные контракты. Все как-то слишком мутно.

— Вот тут самое интересное, — говорит Фей и тыкает в строку о семейном положении.

Все подтверждается. Лера официальная жена этого Всеволода. Мои пальцы судорожно сжимаются. Значит у них все по-настоящему.

— Лера была беременна? — спрашиваю хрипло, показывая на приписку ниже.

Фей щурится, чтобы прочитать.

— Не знаю. Тут просто пометка про беременную жену и все. Больше ничего нет.

— Может, у них и ребенок есть? — подает голос Кот из угла.

— Понятия не имею... — бормочу себе под нос, но что это меняет?

Молчу, но внутри все кипит. Если был ребенок, то, где он? Что случилось? Это не мое дело…

— Информации о ребенке ноль, — продолжает Фей. — Может, выкидыш или аборт, кто знает.

Я откидываюсь на кровать, чувствую, как пересыхает в горле. Что бы там ни было, мы ничего не знаем. Только поверхностные данные без уточнения. Этого мало, чтобы понять.

— Этот урод что-то скрывает... — тихо говорю я.

— Он влиятельный. У него связи. Тренеры, чиновники, какие-то мутные конторы, — мрачно отвечает Кот.