Книга Сводные. Ты не для меня, страница 9 – Нюта Царёва

Кайрат

Кровь в висках стучит так, что слышу ее громче, чем голос Мэри. Эта девчонка бесит меня больше, чем кто-либо за последнее время. Снежок. Блестящий, но ледяной. И почему она меня так цепляет? Я провожаю ее взглядом, пока идет к машине. Внутри бурлит. Взять бы и встряхнуть ее, чтобы сбить эту дурацкую уверенность.

«Она наша сестра?» — Ахмет трогает меня за руку, выводя из мыслей. Говорить он не может, но его глаза и жесты всегда передают больше, чем слова.

— Да какая она нам сестра, — бурчу я, не глядя на него. Но этот разговор мне не по душе, и я быстро меняю тему. — Готов ехать?

Ахмет кивает. Ему надо к врачу. Я отправляю его за рюкзаком и иду наверх к заведующей.

В кабинете пахнет кофе. Она смотрит на меня поверх очков и сразу переходит к делу.

— Луиза Алексеевна требует, чтобы мы провели тест на совместимость ее мужа и Ахмета. Если результат будет положительным, она хочет, чтобы мальчик стал донором костного мозга.

— Это абсурд, — перебиваю я, мгновенно вскипая. — Они не имеют права.

— Пока не имеют, — спокойно отвечает она. — Но, если отец восстановит родительские права, он сможет забрать Ахмета. И тогда уже делать то, что посчитает нужным.

Я стискиваю зубы, чувствуя, как бешенство поднимается изнутри. Да какого хрена это все?

— Они не заберут его, — выдыхаю, едва сдерживаясь, чтобы не разнести все вокруг.

— Пока у нас есть время, но подумай, — заведующая вздыхает. — Я с тобой, Кайрат. Но их ресурсы могут многое.

Все я понимаю и обещаю подумать, хотя знаю, что мне и думать нечего. Не отдам брата и точка. Спускаюсь вниз, где Ахмет ждет меня с рюкзаком. Мы едем в реабилитационный центр. Брат в такси тихий, смотрит в окно. Это нормально для него, но я все равно чувствую, как нарастает тревога.

В центре я оплачиваю пару сеансов реабилитации. На большее пока не хватает. Дорого очень. Новая какая-то методика, возможно, поможет Ахмету вернуть способность разговаривать.

Ахмет проходит через череду процедур, которые должны помочь ему заговорить. Сегодня его ждет логопедический массаж — мягкие движения пальцев врача по щекам, губам и подбородку. Врач, женщина средних лет с добрыми глазами, аккуратно комментирует каждое свое действие.

— Ахмет, ты молодец, — говорит она. — Сейчас попробуем размять язык, это не больно.

Мой брат смотрит на нее настороженно, но позволяет продолжить. Она работает с его лицевыми мышцами, массируя точки, которые, как она объяснила, стимулируют работу речевых центров.

Следующим этапом идет дыхательная гимнастика. Ахмет садится ровно, следуя ее указаниям, и начинает медленно дышать, как она показывает. Выдыхает через трубочку в стакан с водой, создавая маленькие пузырьки. С первого взгляда это кажется простой игрой, но я понимаю, что это часть важного процесса. Каждый раз, когда ему удается сделать упражнение правильно, он поднимает на меня взгляд, словно ждет одобрения. Я киваю, и брат чуть улыбается.

Последняя часть — артикуляционные упражнения. Врач предлагает ему произнести звуки, мягко и терпеливо подсказывая, как двигать губами и языком. Он делает это медленно, напряженно. Иногда звук получается, и я вижу, как у него загораются глаза. В такие моменты я чувствую что-то похожее на гордость, но тут же отворачиваюсь, чтобы брат не заметил.