Книга Хозяин пустыни, страница 34 – Слава Доронина

Но эта мысль, что Наумов послал меня сюда не просто так, обжигает. Я отгоняю ее, но она возвращается. Снова и снова. Особенно когда солнце восходит и я рассматриваю миловидную блондинку, спящую рядом. Мы обе молодые. Симпатичные… Сиди Ясину для комплекта только рыженькой не хватает.

Я закрываю глаза. А перед ними стоит Гринсбург, лицо Наумова-старшего. И в памяти всплывает наш последний разговор в офисе, затем его спокойный голос в трубке. Его «ничего не понимаю, Лера». Игорь Сергеевич был искренним. Не мог же и впрямь так подставить свою подчиненную…

После завтрака дверь открывается.

— Выходите, — произносит амбал.

Мы не двигаемся.

— Я сказал — выходите.

Он подходит и хватает блондинку за руку, тянет к выходу. Она вскрикивает. Я иду следом. Выбора нет.

Нас выводят во двор. Стоят два джипа.

Меня сажают в один, блондинку — в другой. Я оглядываюсь по сторонам, но следов того, что Гринсбург здесь и его тоже сюда привезли, нет.

Едем долго. Дорога петляет, потом становится прямой. Я пытаюсь запомнить повороты, но вокруг только пустота. Поля. Кустарники. Иногда деревья.

Через час мы въезжаем в порт.

Маленький. Не такой, как в Альхесирасе. Больше похож на частный. Двое амбалов о чем-то переговариваются на своем тарабарском, и я понимаю, что это все-таки арабы. Но по-прежнему, не уверена, что люди Ясина. Потому что его имя ни разу не прозвучало. Зато, кажется, имя Карлос или Карл — несколько раз.

Нас выводят на улицу, солнце ослепляет, но я сразу замечаю у пирса яхту. Белую. Дорогую. Огромную. Я такие только в кино раньше видела. Ну или в Москве они часто летом катаются по реке.

Нас с блондинкой ведут к трапу. Я упираюсь.

— Нет. Я никуда не пойду, пока не объясните, что происходит.

Мужчина в костюме берет меня за подбородок. Сжимает. До боли.

— Сядешь, — говорит угрожающе. — Или я помогу тебе сесть. Выбирай.

Смотрю в его глаза. Холодные. Серые. В них ничего нет. Ни жалости. Ни жестокости. Просто пустота. Как будто он каждый день похищает девушек среди бела дня и держит их в подвалах.

Я поднимаюсь на борт, предчувствуя что-то нехорошее. Девушка следом. Нас заводят внутрь. Каюта. Небольшая. Чистая. С огромной кроватью. Без окон.

— Приведите себя в порядок, постарайтесь как следует. Карлос придет через час.

Дверь закрывается. Я слышу, как щелкает замок.

Мы переглядываемся с блондинкой. После чего перевожу взгляд на кровать, и меня начинает трясти. Паника поднимается из груди и душит. Господи, куда я угодила и что сейчас будет? А главное — как я здесь оказалась. Все-таки с подачи Наумова?

Он отправил нас не на расследование. Он отправил меня на продажу. В обмен на брата. Как часть сделки, как товар? А Марк — случайный видетель. Которого теперь, наверное, уже нет в живых…

Какая же я идиотка, Господи. Которая думала, что умнее всех, что она исключительная, самая ответственная и работящая… А на деле? Я в чужой стране, без документов, без телефона, с милой внешностью, без родни, которая будет меня искать, и даже без надежды отсюда выбраться.

Закрываю лицо руками. Меня трясет, не переставая. Но слез нет. Только пустота. И ледяной ужас, который заполняет каждую клетку, когда я представляю, для чего нас сюда привезли.

Блондинка, обхватив колени, смотрит в одну точку и едва заметно шевелит губами. Возможно, молится. А может, просто сошла с ума от страха. Или безысходности.