Книга Хозяин пустыни, страница 59 – Слава Доронина

Как в таких ситуациях с ограниченным временем сделать правильный выбор? И какой он — правильный? Хоть бы знак получить, хоть подсказку. Или появление Зары с деньгами он и есть?

Вспоминаю, как мы с Марком несколько дней боялись показываться на улице, своё состояние. Я морально истощена. Если окажусь в ситуации как с Карлосом, в неизвестности, в опасности, одна — организм точно даст сбой. Если останусь с Ясином, здесь, в пустыне, его любовницей и женой… Нет, психике от этого не легче. Господи, и какое из зол меньшее? Что если Хасан обманет и сам будет трахать? Вспоминаю его взгляд, руки на моём лице — и от картинки, что окажусь с ним в одной машине, по спине бежит холодный пот.

Один раз я сбегала, и ничем хорошим это не закончилось. Второй — окончательно усугубит мое положение.

Стоп, а Марк? Что будет с Гринсбургом? Я даже не знаю, где он находится.

Как так вышло, что единственный человек, кому я теперь могу доверять, — это Ясин?

Шаг импульсивный, опрометчивый, глупый, но на него у меня хотя бы нет внутреннего блока. Только мысленный.

Накинув на себя накидку и взяв деньги, я направляюсь к шатру Ясина.

Законы Марокко строги к женщинам, которые бросают мужей. А если муж — влиятельный человек, как Ясин… Меня найдут. И накажут. По местным понятиям, за побег жена может лишиться всего: свободы, имущества, даже жизни. Никому не будет дела до какой-то русской, которая сама согласилась на брак.

Неожиданно встречаю у входа в шатер Ясина Каиля. Он смотрит на меня с некоторым удивлением.

— Я к Ясину, — говорю твёрдо. — Проводи.

Мужчина кивает, заходит внутрь, спрашивает разрешения, а потом жестом приглашает меня войти.

Я делаю глубокий вдох, переступаю порог.

Внутри тепло, горят лампы. Ясин сидит на подушках за низким столиком, ужинает. На нём только брюки, и на груди уже нет повязки. Без линз. Зеленые глаза смотрят на меня с интересом.

— Валерия? Что-то случилось?

Я подхожу ближе. Останавливаюсь перед ним. Руки немного трясутся, но я заставляю себя говорить спокойно.

— У меня был гость, — говорю и достаю из-под накидки конверт. — Зара. Она приходила и предлагала мне побег. Деньги, помощь Хасана. И… исчезнуть навсегда.

Ясин медленно поднимается. Его лицо каменеет. В зелёных глазах вспыхивает что-то опасное.

— А ты?

— Я взяла деньги. Сказала, что подумаю. И соблазн сбежать был велик, но… У меня нет гарантий, что это не попытка от меня избавиться. Я знаю, у вас жестоко обращаются с женщинами-предательницами. И да, я могла бы рискнуть. Но если выбирать, от чего страдать, то явно не умирать от рук Хасана в пустыне как неверная жена, сбежавшая от мужа. Лучше…

Я снимаю накидку. Она падает на ковёр. Я остаюсь в своей одежде. Джинсы, футболка.

— Лучше вот так, — отрезаю себе пути к отступлению. Это рано или поздно произойдёт. Пусть сейчас. По моей воле.

Ясин держит конверт, не глядя на него.

— Неожиданно, Валерия. Очень. Но весьма благоразумно.

Сокращает дистанцию, становится напротив, смотрит в глаза. В них желание, триумф, даже капелька восхищения, а еще… море похоти.

Завтра на рассвете я, возможно, пожалею о том, что сделала. А сейчас… Надо было выпить вина для храбрости перед выходом.

Подцепляю край футболки и тяну вверх, оголяя перед ним грудь.

— Единственное, у меня будет условие. Два.