Книга Хозяин пустыни, страница 56 – Слава Доронина

Я сижу рядом, смотрю на закат. Пустыня горит оранжевым, барханы похожи на огромных спящих зверей. Красиво. Черт возьми, как же здесь красиво… Если закрыть глаза на то, что я здесь пленница, можно почти наслаждаться. Но пока не выходит.

— Башира подходила к тебе? — спрашивает он, присаживаясь рядом.

— Да.

— Предупредила, чтобы держалась подальше от Зары?

— Сказала не есть ничего, кроме еды Лейлы. А еще посоветовала полюбить пустыню. Насчет «полюбить» не уверена, смириться — возможно. И то неизвестно, как надолго. Тут ведь есть скорпионы? Я очень их боюсь…

Ясин усмехается, а я наблюдаю за ним. Он снова в линзах. И с черным цветом глаз его красота будто и впрямь становится опасной, хищной. Хотя и с зелеными он такой же, просто черты лица несколько мягче.

— Сама скорпион и себе подобных же боишься?

— Всего боюсь, — признаюсь и оголяюсь. А это даже похлеще, чем стоять перед ним нагишом. — И тебя, и твою жену, и твое окружение. Ты ведь занимаешься продажей людей? Как давно?

— Я приставил к твоему шатру охрану. Каиль предан мне, и если меня нет, ты всегда можешь обратиться к нему. Ты теперь дорогой актив, Валерия, — уходит он ответа.

— Ты специально проигнорировал мой вопрос про продажу людей?

— Неужели?

— Да. Я ведь не ящик с оружием или чем ты здесь еще промышляешь. Человек! У меня была своя жизнь, свои планы, — льется из меня горчеь. — А ты говоришь обо мне как о…

— Как о женщине, с которой не хочу, чтобы плохо обращались, — обрывает он меня на полуслове. — Поэтому женился. Просто так здесь люди не оказываются. У всего есть причина и следствие. Но чаще это обоюдные соглашения. Заказчиком был не я. Опыт покупки людей у меня впервые. И то, можно считать, что я просто посредник. Перекуп.

— Я думала, что это будет обычная командировка. Съездить, сделать репортаж, вернуться. А получилось…

Смотрю на свои руки. На хну, которая засохла и теперь осыпается, оставляя на коже оранжевые узоры.

— Получилось, что я теперь в пустыне, смотрю на закат и разговариваю с мужчиной, за которого меня выдали замуж без моего согласия, который просто, оказывается, выкупил меня у другого, как верблюда?

Ясин протягивает руку. Берет мою ладонь. Переплетает наши пальцы.

— Но это не значит, что ты не можешь изменить свою жизнь.

— Как? — я смотрю на него. — Как мне ее изменить? Я здесь чужая. У меня нет документов, нет денег, нет даже телефона. И единственный, кто может помочь, — это мой… муж. Который сам меня здесь держит. Ясин… — придаю голосу жалости. — Почему нельзя просто отпустить?

— Потому что за каждым моим шагом, а теперь и твоим, наблюдают. Так что выкинь мысли о побеге и попробуй адаптироваться. Зара на днях уедет, тебе станет попроще.

Он поднимается и, судя по всему, собирается уходить. Больше не будет предпринимать попыток принудить меня к сексу? Или все-таки он за равноправие, и сегодня ночь первой жены?

Вопросов много, а ответов нет. Ясин уходит, оставляя меня опять одну. А мое желание к ночи выйти из шатра, проверить свои догадки относительно равноправия, очень сильное. Только что это даст? Новое огорчение?

Желание позвать Лейлу, чтобы она проверила, один сейчас Ясин или вместе со своей женой, очень велико. Казалось бы, какое мне дело! Но, чёрт возьми, не безразлично.