Книга Наследник на его условиях. Книга 2, страница 49 – Слава Доронина

— Уверена?

— Хочешь, чтобы мы в аварию попали?

Зен и не думает садиться за руль. Просто смотрит и ждет, когда я займу водительское место.

— Я дороги не знаю, — предпринимаю еще попытку.

— Есть навигатор.

Не знаю, зачем соглашаюсь. Но в процессе понимаю, что это было правильным решением. Я больше не погружена в себя и свои мысли, а слежу за дорогой. Мне вообще очень нравится ездить. Особенно на дальние расстояния. Это успокаивает.

— Как провели день? — интересуется Дамианис.

— Хорошо. Лея даже поиграла со мной недолго. Но потом опять сторонилась, словно дикий зверек. Это точно пройдет? Неужели я так сильно ее обидела? Вы с ней об этом говорили? — обрушиваю на Зена поток вопросов.

— Немного, — уклончиво отвечает он, и становится понятно, что ничего хорошего для моих ушей не прозвучит, если разовью сейчас эту тему. — Просто дай ей время.

— У тебя с ней так же было?

— Чуть по-другому. Леон разговаривал с Леей, объяснял, почему я не могу приехать. Хотя я был против того, чтобы девочка знала, что такое тюрьма.

— Про меня она тоже спрашивала?

— Конечно.

— И что он ей говорил?

Зен молчит.

— Что-то плохое, да?

— Никто о тебе плохо не говорил. Ни тогда, ни сейчас. Лея сама решила, что ее бросили. Когда я вернулся домой, эта ситуация безумно напомнила прошлое. Я даже отчасти вижу в Лее Киру. Разница лишь в том, что моя младшая дочь здорова и ее никто не бросал, просто так сложились обстоятельства.

— Мы всего ничего провели время с Маугли…

— Когда начались проблемы в бизнесе, я решил, что нам с тобой не по пути и твоя жизнь сложится куда лучше с другим человеком. Поэтому ты получила расчет и шанс все наладить.

— Ненавидя тебя?

Я сильнее сжимаю руками руль и затаиваю дыхание. Что бы ни говорили, но человеку необходимо нормальное общение с близкими людьми и понимание с их стороны. Первое время я не могла и не хотела слышать Дамианиса. Воспринимала его слова в штыки. Ни к чему хорошему это не привело. Может, попытаться посмотреть на ситуацию его глазами?

— Крайне нелогично ты поступил, не находишь? Сначала переспать и сказать, что я для тебя особенная, а потом прислать своего брата и причинить мне боль.

— Ты рассуждаешь с позиции обиженной женщины, а я в тот момент действовал из лучших побуждений, — возражает Зен… — …Я отпустил тебя, дав возможность начать жизнь с чистого листа. Встретить человека, который мог бы предложить тебе то, что я в те дни предложить не мог.

— Отпустить? — Вспыхиваю от одного его слова, но тут же стараюсь себя успокоить. — Ты унизил меня. Или это изначально и входило в твои планы? Соблазнить, удовлетворить свои потребности, а потом «отпустить»? Может, это такой вид развлечений у богатых людей?

— Я сжигал мосты.

— В то время как во мне развивался твой ребенок!

— О котором я ничего не знал, — абсолютно спокойным тоном говорит Зен.

Но у меня мурашки бегут от того, как он это произносит.

Все-таки нельзя мне было вести машину. Я все так же слишком эмоциональна. Ощущаю себя бедолагой, оказавшейся в открытом море и высматривающей спасательную шлюпку, чтобы вцепиться и дождаться помощи. Однако в этой ситуации ее бесполезно ждать. Никто, кроме себя самой, мне не поможет. Человек часто ищет точки опоры вовне, а они всегда внутри.

Взглянув в навигатор, отмечаю, что мы почти приехали. Обратно Зен поедет сам. Я больше не сяду за руль.