Книга Наследник на его условиях. Книга 2, страница 51 – Слава Доронина

Дамианис делает шаг ко мне, а я от внезапной растерянности пячусь назад и упираюсь лопатками в стену.

— Ничего я тебе не обещал, Даша.

Его рот запечатывает мой, и Зен накрывает ладонями мои ягодицы.

Пока я в объятиях Дамианиса, время будто замедляет ход. Тело откликается на каждую его ласку. Я столько эмоций выплеснула, а теперь переживаю внутри новый шторм, еще более разрушительный, чем был до этого дня.

— Я сейчас в обморок упаду, — выдыхаю, сотрясаясь от дрожи.

— Тебе нужно перекусить, — говорит Зен хриплым голосом. — Пойдем за стол.

Мы дышим шумно, тяжело, в унисон. Эрекция Дамианиса упирается мне в живот.

Зен мог бы запросто взять меня прямо у стены в туалете. Находясь в беспомощном состоянии, неудовлетворенная, я не стала бы сопротивляться. Не припомню, когда в последний раз испытывала такое сильное возбуждение. Впрочем, не помню и когда кому-то столько о себе рассказывала, а меня с таким пристальным вниманием слушали.

Ноги почти не держат, сердце в груди бьется, как сумасшедшее. Я возвращаюсь за стол и тянусь к чашке с остывшим чаем. Делаю несколько глотков, а затем непослушными пальцами пытаюсь взять приборы. Много не съем, но нужно подкрепиться, иначе и впрямь рухну в обморок. Эмиль из меня вытягивает все соки, а его отец, по-видимому, решил последних сил лишить, накидываясь с такими жадными и одуряющими поцелуями, от которых саднят губы и сводит низ живота.

Пока ем, Зен смотрит на меня пронзительным взглядом. Уверена, Дамианис захочет проверить мои слова. Возможно даже, на какие-то из своих вопросов я получу обстоятельные ответы. Пусть не сразу, но разобраться в этой ситуации необходимо, потому что я не сделала никому ничего плохого, тем более не желала зла или тюремного срока.

— Спасибо. — Отодвигаю от себя тарелку и кладу в нее приборы.

— Ты почти ничего не съела, — замечает Дамианис.

— А ты вообще не прикоснулся к еде.

— Я не кормлю ребенка и не испытываю стресс.

— Ты лукавишь. Узнать о сыне при таких обстоятельствах, согласись, тот еще удар…

— Это не одно и то же, — обрывает меня Зен с суровым выражением лица. — Ты только что призналась, что в твоей жизни все перевернулось с ног на голову. А я оцениваю это иначе.

— И каковы твои дальнейшие планы?

— На тебя или вообще?

Кожа покрывается мелкими мурашками от того, как Дамианис смотрит на меня в это мгновение.

— На меня. И вообще. Мои признания как-то повлияют на твои решения? — бормочу онемевшими от страха губами.

Ужасно осознавать, что в твоей жизни сейчас мало что от тебя зависит.

— Пока не знаю.

— Ты обманываешь. По глазам вижу.

Зен беззлобно ухмыляется:

— Хочу я тебя, Даша. С самой первой нашей встречи. Как увидел тебя тогда в кабинете у Калиничева, так и не смог больше выбросить из головы эти навязчивые мысли. Вредить тебе и разлучать вас с Эмилем я, естественно, не собираюсь. Та угроза прозвучала в порыве злости. Но брак и договор — это твоя ближайшая реальность. Причем сомневаюсь, что смогу формально отнестись к этому, учитывая свое влечение и интерес. Вопрос в другом. Ты бы хотела, чтобы брак был настоящим?

Подлив в чашку остывшего чая, я делаю глоток. Не люблю черный, но сейчас не обращаю на это внимание.

— Настоящим? Какой смысл ты вкладываешь в это слово? — решаю важным уточнить. — В этой стране и в этом месте мне все чужое. Мы с тобой ничего толком не знаем друг о друге, а единственное, что есть общего между нами, — это сын.