Книга Наследник на его условиях. Книга 2, страница 87 – Слава Доронина

После заявления Григория и впрямь становится спокойней, но лишь на чуть-чуть. Потому что очевидно: у Зена проблемы и Леон останется их решать. Заодно устранит Гибсона. Ника говорила, что Дамианисы связаны с криминалом, а я не верила…

— Можно задать вопрос?

Леон не захотел на него отвечать, но, может, Шахов окажется разговорчивее?

— Да, — кивает Григорий.

— Как вы познакомились с Леоном?

— Свел общий знакомый. Я в то время изучал английский. Считается, что полиглоты не прилагают никаких усилий при освоении нового языка. Информацию они запоминают и воспроизводят очень легко. Этим меня и заинтересовал Леон. А потом выяснилось, что и с цифрами он дружит ничуть не хуже. Пара общих проектов помогла мне улучшить финансовое положение, на этом наши пути разошлись.

— Проекты были не совсем законные?

Шахов усмехается:

— Леон тогда был пацаном. Почуял первые деньги и охотно брался за любые дела. Я вытащил его из одной передряги и предложил альтернативу.

— А потом?

— Потом он встал на ноги, и теперь за помощью обращаюсь уже я.

Не доверять словам Григория у меня нет оснований. Больше не у кого спросить совета, как быть.

— И что бы вы сделали на моем месте?

— Улетел бы в безопасное место, раз здесь ситуация вышла из-под контроля. Пусть Леон завершит свое дело, поставит в нем точку. Со своей стороны я посодействую, связи есть. Знаешь пословицу «Не рой другому яму, сам в нее попадешь»? Туда и отправится Гибсон, — доброжелательно улыбается Григорий. — Ася через два часа вернется, соберете вещи, и организуем вам перелет.

Зен, вероятно, хотел решить общий вопрос мирным путем и уговорил на это Леона, однако закончилось все не очень благоприятно. Остается верить Дамианисам. На свой страх и риск. И надеяться, что Шахов прав: скоро неопределенность останется в прошлом и в моей жизни наконец-то будет спокойствие.

Вот только улетать, не поговорив с Зеном, я все равно не хочу. О чем и сообщаю Григорию, а минутой позже — младшему Дамианису по телефону.

— Сейчас не самое лучшее время для встреч, — говорит Леон, но тем не менее везет меня в город. — Если что, ты сама на этом настояла.

До сих пор не верится, что брат Зена пошел на уступки. Позвонил рано утром и сказал, что через час может за мной заехать. Я собралась за десять минут и оставшиеся пятьдесят караулила его у окна.

— Однажды я это уже слышала, — парирую. — Только подача была другой, но суть та же. Твой брат в итоге не узнал о моей беременности. Так что поговорю с ним лично.

Леон шумно вздыхает.

— Скажи спасибо своей родственнице за помощь. Все эти внезапные изменения еще ни одну жизнь не сделали лучше и проще.

Я начинаю раздражаться и бросаю беглый взгляд на младшего Дамианиса. Смазливый самоуверенный хлыщ. Повернет ситуацию в свою пользу в одно мгновение. Невыносимо вести с ним диалог.

— Сам же знаешь, у брата проблемы. Серьезные. Всем досталось, ясно?

— Проблемыу них из-за того, что кому-то не следовало совать свой нос туда, куда не просили.

Лицо вспыхивает. Хочется спорить, хочется говорить Леону гадости, доказывать свою правоту, убеждать, что они с Зеном ужасно поступают, добивая меня молчанием и неизвестностью. С утра нервозное и воинственное настроение. И тише оно не становится.

— Ладно, — дружелюбно продолжает Дамианис. — Со временем все образуется. Обиды улягутся, отношения возобновятся, жизнь наладится. Если сейчас поступить правильно.