Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 6 – Анна Варшевская

— Ладно, — киваю нехотя.

Как бы там ни было, он превосходный гематолог и клиницист. И чутьё у него на месте. С нами, правда, оно нихрена не сработало…

Губы у меня невольно кривятся в болезненной усмешке. Мы с ним оба… сапожники без сапог.

— Если это всё… — с намёком кидаю взгляд на стопку историй на моём столе.

— Думаю, с остальным мы разберёмся по ходу дела, — Константин кивает. — Жду от тебя докладную записку.

— Дождёшься, — слегка закатываю глаза.

— Как была ты, Ларка, врединой, так и осталась, — качает головой главный врач, специалист высшей квалификационной категории Константин Альбертович Тейхман.

И я, заведующая родильным отделением многопрофильной больницы, акушер-гинеколог той же высшей квалификационной категории, не выдержав, корчу ему рожицу, сопровождая неприличным, зато весьма доходчивым жестом.

— Вот-вот, об этом и речь, — мужчина слегка раздражённо вздыхает. — Ладно, я…

— Лариса? — в дверь раздаётся лёгкий стук, и она тут же приоткрывается. — Я тут… кофе принёс, — договаривает после паузы врач-терапевт, Семён Валентинович. — Добрый день, — улыбается прищурившемуся главврачу, ставит один стаканчик на стол и протягивает руку.

— Добрый, — вот только в тоне бывшего никакого намёка на «доброту» нет.

Но хоть руку пожимает.

— Ларис, пей, пока горячий, — Семён кивает на стаканчик. — Это твой любимый.

— О, вот даже как, — Константин переводит взгляд с кофе на меня и очень знакомо скептически изгибает бровь.

— По-моему, вам пора, Константин Альбертович, — говорю решительно.

— А по-моему, нет, — он складывает руки на груди, смотрит в упор на растерявшегося Семёна. — Позвольте узнать, а вы, собственно, кто такой?

— В каком смысле, кто? — Семён чуть растерянно пожимает плечами. — Я терапевт родильного отделения, Семён Валентинович Костриков.

— Ах, терапевт, — тянет Константин. — А я было подумал, что вы личный ординарец Ларисы Александровны, раз кофе ей носите…

— Я бы и рад был, — мягко улыбается Семён, уходя от конфликта. — Но Лариса Александровна ни за что не позволит.

— А вы понастойчивей, понастойчивей, — сверлит его взглядом Костя. — Женщины, знаете ли, предпочитают решительных мужчин!

— Спасибо, я уж как-нибудь без советов, — тот кивает.

— Так, хватит, — решаю вмешаться в этот идиотский диалог. — Константин Альбертович, думаю, нам всем надо работать!

— Вот именно, — главврач переводит мрачный взгляд на меня. — Работать, Лариса Александровна! А не кофе распивать! Я жду от вас составленную по всем правилам докладную! Сегодня до конца рабочего дня!

Сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, и киваю. Константин окидывает ещё одним взглядом меня и Семёна и, развернувшись, выходит из кабинета, напоследок хлопнув дверью.

— Потрясающе, — говорю устало, снимаю крышку со стаканчика и делаю первый глоток.

Терпеть не могу пить кофе через эти пластиковые крышки с дырочками.

— Ларис, ты как? — негромко интересуется у меня Семён.

— В порядке, Сём, — вздохнув, слизываю с губ молочную пенку. — Ты только что имел честь познакомиться с новым главным врачом нашей больницы и по совместительству моим бывшим мужем.

— Вот как, — мужчина кивает, смотрит на меня сочувственно.

— Да, именно так, — кручу стаканчик в руках. — Спасибо за кофе.

— Не за что, — он осторожно кладёт мне руку на плечи, чуть прижимает, и я с благодарностью улыбаюсь ему. — Как насчёт совместного ужина после работы, Ларис?