Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 66 – Анна Варшевская

— Сюда, — подсказываю ему, называю номер комнаты-палаты.

У нужной двери он останавливается. Всего на секунду, но этого хватает, чтобы заметить, как у него напрягаются плечи.

— Я… тогда пойду, — говорит тихо, не глядя на меня.

— Конечно, — киваю в ответ.

Он делает вдох, открывает дверь и заходит внутрь.

Я остаюсь в коридоре, буквально в шаге от входа, и вдруг ловлю себя на мысли, которая непонятно что приносит — испуг или облегчение.

А что, если она его не узнает?!

И в этот момент из палаты доносится голос:

— Сынок!

Голос звучит чётко — правда, не совсем понятны эмоции… Вроде бы и радость, а вроде бы и нет… Но хотя бы без той размытой растерянности и рассеянности, которую я уже несколько раз замечала у Ираиды.

Не до конца уверенная, стоит мне проходить к ним или нет, я всё-таки делаю шаг внутрь. Мало ли… понадобится сгладить углы в разговоре. Собственно, Константин ведь именно для этого просил, чтобы я поехала с ним. Ну, во всяком случае, я поняла его просьбу именно так.

Ираида Максимовна сидит в кресле у окна, ноги укрыты пледом. Смотрит на Костю с каким-то странным, почти детским облегчением. Лицо у неё как будто ещё похудело с моего прошлого прихода, хотя и было-то это несколько дней назад. Но глаза… глаза живые, блестящие, и в них сейчас столько эмоций, что становится не по себе.

— Я знала, что ты придёшь… — говорит она, и голос у неё дрожит. — Я всем говорила, что ты придёшь…

Костя осторожно и чуть скованно присаживается на стул рядом с кроватью, напротив матери.

— Здравствуй, мама, — говорит негромко и довольно сухо.

— Ты где был?! — интонации бывшей свекрови мгновенно меняются, становится жёстче, требовательнее, капризнее. — Нет бы навещать мать почаще! Бросили все, никому не нужна на старости лет… Не дождёшься от тебя ни звонка, ничего!

Давлю вздох. Ну, в целом ничего необычного, всё традиционно.

— Добрый день, Ираида Максимовна, — привлекаю к себе внимание, говорю негромко и размеренно, как привыкла. — Костя был в командировке.

Ловлю взгляд бывшего мужа, показываю ему глазами, чтобы не возражал матери.

— А-а… — тянет Ираида недовольно. — Ты тоже здесь! — снова смотрит на сына. — Командировки, работа, работа, вечно у вас одна работа! А мать — это так, между делом?!

— Ты говорила, что хочешь, чтобы я пришёл, — произносит Константин, не меняя тона. — Хочешь что-то рассказать. Что-то важное, мама?

— Рассказать? — свекровь на секунду теряется, на лице непонимание, но выражение тут же меняется. — Ты вообще знаешь, как тут со мной разговаривают? Ты знаешь, что они со мной делают?!

— Ничего, — говорю тихо, обращаясь к Косте, хотя, думаю, он и так понимает.

Но Ираида слышит и обрушивает всё недовольство на меня.

— А ты, Ларка, молчала бы! Вечно встреваешь, когда не просят! Поганое у тебя воспитание, как было, так и осталось, ничему тебя жизнь не учит, говорила я…

Я вижу, как каменеет Константин, как стискивает челюсть. Мне даже на какую-то секунду хочется его коснуться, чтобы напомнить, что уже бесполезно спорить с человеком на той стадии заболевания, какая сейчас у его матери.

Когда мы были женаты, он её просто жёстко обрывал, стоило ей начать меня «кусать».

Сейчас, похоже, с трудом сдерживается, потому что не хуже меня понимает — бесполезно. Вижу, как кидает на меня виновато-извиняющийся взгляд, но в ответ только чуть качаю головой.