Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 65 – Анна Варшевская

Помню, как мерила себе давление и мелькнула мысль зайти сделать УЗИ, проверить — и как я тут же её отодвинула. Потому что была занята и было не до себя.

Я же врач. Я же пойму, если действительно что-то будет не так.

Господи.

Переворачиваюсь на живот, с силой утыкаюсь лицом в подушку, как будто это может остановить поток мыслей. Я прокручивала их в голове уже столько раз, что счёт давно потерян, и каждый раз всё упирается в одно и то же.

Я могла остановиться, но не остановилась.

Могла прислушаться к себе, но не прислушалась.

А сейчас, если уж совсем честно, больше всего меня злит в себе даже не сам факт этой моей ошибки, а то, что я невольно пытаюсь подобрать слова для разговора с Тейхманом.

Думаю, как выстроить рассказ так, чтобы оправдаться. Чтобы это прозвучало мягче. Чтобы не выглядело, как однозначное признание моей вины.

От этой мысли становится противно.

Я резко выдыхаю, отбрасываю одеяло и встаю, не давая себе времени на размышления. Как есть — так и скажу. Без оправданий, без попыток смягчить. Поздно уже что-то приукрашивать.

На кухне включаю чайник, ставлю кружку, насыпаю кофе чуть больше, чем обычно. Действую машинально, на автомате, собираюсь быстро и без лишних раздумий. Ничего особенного не надеваю, просто что-то удобное, нейтральное. Не хочется ни привлекать внимание, ни выглядеть так, словно я к чему-то готовилась.

С трудом дотянув до того времени, когда надо вызывать машину, перед выходом всё-таки останавливаюсь у зеркала. Смотрю на себя дольше, чем обычно. Ничего нового не вижу — те же черты, те же тени под глазами, усталость, мелкие морщинки, которые сейчас заметнее из-за того, что не выспалась.

Не девочка уже, чего уж…

— Справлюсь, — говорю женщине в зеркале.

Конечно, справлюсь. Никуда не денусь.

Дорога за город тянется дольше, чем хотелось бы, и всё это время я то смотрю в окно, не особо замечая, что там происходит, то снова возвращаюсь к одному и тому же. Как сказать. С чего начать. И каждый раз обрываю себя — не будет никакого «как». Просто скажу.

Когда машина сворачивает к пансионату, внутри появляется знакомое тоскливо-неприятное чувство. Который раз уже здесь, но легче не становится… да и не станет.

Константин уже стоит у входа. Я замечаю его сразу, как только выхожу из такси, и он, кажется, тоже меня видит в ту же секунду. Несколько мгновений мы просто смотрим друг на друга, и я неожиданно понимаю, что он нервничает не меньше моего.

— Привет, — кивает мне, когда я подхожу.

— Привет.

— Нормально доехала?

— Да.

Неловкий напряжённый разговор обрывается сам собой. Мужчина отступает, давая мне пройти вперёд. Пока идём от ворот к зданию через парк, я замечаю, что он смотрит по сторонам. Не вертит головой, но явно пытается составить впечатление об этом месте.

Заходим внутрь, я автоматически здороваюсь с медсестрой на посту, краем глаза ловлю её взгляд на нас двоих и почти сразу — ещё пару таких же взглядов от смутно знакомых сотрудниц, которые проходят мимо нас по коридору. Ну, от сплетен никуда не деться — эта мысль мелькает и уходит, не до неё сейчас, но неприятный осадок всё равно остаётся.

Мы идём по коридору рядом, и я вдруг чувствую, как Константин старается держаться так, чтобы не нарушать дистанцию. Не приближается, не касается, но и не уходит вперёд. Это тоже из разряда не совсем привычного.