Книга Мёртвая женщина идёт, страница 29 – Лилит Де Лука

Мне хотелось сбежать. Хотелось умереть. Мне никто не верил. Меня никто не слушал. Сердце бешено стучало, грозясь вырваться из груди и положить конец этому кошмару.

Я слышу голоса, но они слишком далеко. Слишком далеко, чтобы помочь мне.

— Притормози, — приказывает голос, почти возвращая меня в реальность.

— Брось её здесь, мне всё равно, — эхом отозвался в моей голове голос Веста. — Она, наверное, уже всё равно мертва.

Моё тело ударилось о землю, листва и ветки хрустнули подо мной. Боль, белая и обжигающая, разрывала моё тело изнутри. Она была везде, эта боль. Она была всепоглощающей. Хотя в те мгновения, когда их кулаки били меня, я её не чувствовала.

— Эта сука мне костяшки все отбила, — простонал Оливер, и ботинок угодил мне в живот, заставив наконец вырвать.

Меня рвало и рвало, пока тело не начало биться в рвотных спазмах, а слёзы не полились из глаз на траву подо мной. Здесь всё было мёртвым, недостаток влаги сделал её сухой и жухлой.

Может, теперь из моей смерти что-то вырастет. Может, цветок или участок идеальной травы.

Мои глаза закрываются, когда нежная рука касается моего лица. Я вздрагиваю, ожидая удара. Но его так и не следует. Тёплые руки снова касаются моего лица, и я возвращаюсь в реальность, почти не различая Кайлера сквозь слёзы.

— Вернись ко мне, Артемида, — шепчет он.

— Я-я… — начинаю я, чувствуя под коленями траву, точь-в-точь как в ту ночь. — Он-они…

— Я знаю, детка, но теперь их здесь нет, — объясняет Кайлер.

— Нет! — резко восклицаю я, отстраняясь от его прикосновения. — Они не верят мне! Копы. Медсёстры. Они сказали, что я всё это сделала с собой! Я сама во всём виновата. Не надо было надевать те… — дыхание перехватывает, и слёзы ручьём текут по моему лицу.

— Нет, Артемида. Это не твоя вина.

Мои пальцы судорожно скребут по ногам, пытаясь стереть кровь с одежды.

— Мама скоро придёт. Она будет в ярости, если кровь не отстирается с моих шорт и…

По лицу резко разливается жгучее онемение от пощёчины, и всё моё тело замирает.

— Джекс! — кричат Кайлер и Эвандер.

Джекс? С пылающей щекой я широко раскрытыми глазами смотрю на Джекса. Мне на мгновение кажется, что он похож на Грэя, но на самом деле между ними нет ничего общего. Я чувствую… спокойствие, стоя на коленях перед ним, а не унижение. Джекс смотрит на меня тёмными глазами, его мокрые чёрные волосы слегка спадают на лоб.

— Ты больше не там, — говорит Джекс. — Ты больше не их жертва. Вставай.

Я моргаю, глядя на свои шорты. Они не пропитаны кровью, как мне казалось минуту назад. Я больше не в той канаве. Я со своими тремя мужчинами, стою на коленях в траве рядом с собственной блевотиной.

— Вставай, мышка, — приказывает он.

Мышка. Моя нижняя губа дрожит, руки трясутся.

— Ты слишком давишь на неё, — резко говорит Эвандер, отталкивая его.

Но Джекс даже не шелохнулся. Эта пощёчина была нужна не для того, чтобы причинить мне боль. Она должна была вернуть меня в реальность точно так же, как я делала это для него столько раз.

— Вставай, мышка. Ты больше не там. Ты здесь, со своими парнями.

Я смыкаю губы и оглядываюсь. Машина припаркована неподалёку, а я стою на обочине дороги. Глаза застилают горячие слёзы.

— Я-я просто… хочу домой, Джекс.

— Тогда пошли домой, — он протягивает мне руку.