Книга Влюбись в меня. Это приказ, страница 18 – Елена Волкова

В пару шагов перемахиваю номер.

Дверь на себя. Гребу и сразу укрываю своим телом. Лишь потом соображаю, что она мокрая и в одном полотенце. С волос бежит вода. Губы белые, трясутся. Глаза обезумевшие. Меня красным покрывалом накрывает. Глажу, стираю с лица воду.

— Все. Все, все! — успокаиваю.

В башке молотит. Кто тронул? Я же поломаю сейчас. Руки вырву. Ктооо⁈

— Там… — заикается. — Там!!!

— Ш-ш-ш. Что там? — обхватываю лицо. Чуть сжимаю, чтобы пришла в себя. — Детка, что там?

— Саш, — быстро облизывает губы. Вцепляется в плечи, выкручивает кожу. — В ванной… в углу… мышь жуть! Как прыгнет на меня. Я их до смерти боюсь!

Сссук. С души сваливается камень.

Вот что мне делать? Плакать? Смеяться?

Без слов поднимаю, сажаю себе на поясницу. Она обнимает и прижимается. Перехватываю под ягодицами и…

Стою не моргая.

Она голая. Совсем. Чувствую, как раскрытые губки влажно касаются моего воспаленного пресса. Прихожу в сознание частями. Под ладонями голая упругая задница. Полотенце сползло и напряженные соски вдавливаются в кожу.

Оставшийся мозг стекает в трусы. Там стальной стояк. Дубиноломный.

Лана трясется, ерзает по мне, отходя от испуга. А мне просто полный «шизгарет».

Сжимаю голую попочку ладонями. Ищу взгляд, а когда нахожу, понимаю.

Лана от меня не выйдет. Она останется здесь. В моей постели.

— Я с тобой, — хриплю в ее губы. — Не надо бояться.

Все, что прятал от нее прорывается. Скрывать отрыв башни нет смысла. Знаю, что неспециально ворвалась. Это не долбануто наглядное соблазнение. Лана она такая. Нежная. Чистая. Без второго дна.

Прижимаю крепче. Я мало чего опасаюсь, а сейчас реально трушу что соскочит.

Не могу отпустить.

Мне башню заклинило, как в танке. Разворот лишь в одном направлении и дуло лишь на нее нацелено. Грубо? Наверное.

— Саша, — растерянно.

Дергается, пытается собрать полотенце на груди. Болезненно мотаю головой, втыкаюсь в шейку. Не уходи. Ну вот не надо сейчас.

— Ничего такого, — сквозь зубы останавливаю. — Не смущайся. Все нормально.

Горожу напропалую. Ведь не то все.

Меня вскрывает накрест. Рваная кожа на разодранной груди расходится. Да сколько же можно, м? Хорош, ммм. Забирай ее, конченный ты дебил. Че ты как здрассьти. Присваивай.

— Я тебя испачкала.

— Что? — лицо спазмирует. Резковато завожу ладони за затылок. Сжимаю, ищу ее взгляд. Боится… — Ты о чем?

— Пусти меня, пожалуйста, — лопочет. — Я испугалась. Поэтому пришла. Необдуманно.

Кукушечка моя улетает. Заебался я. Спирает по всему телу, лупит током. Еще немного и настоящий «я» вылезет наружу. Больше держать своего внутреннего зверя не хочу. Я не медвежонок. Зажмуриваюсь. Протестуя против ее слов, грубовато сгребаю бедра и рывком на себя.

Не. Мо. Гу.

— Помолчи, — приказываю.

Лана застывает. Робко упирается в плечи. Ладони едва не сползают. Закидываю одну себе за шею. Пусть так. Это хоть какой-то обман. Типа, обнимает.

Дышу ей. Собирая запах, нагло втыкаясь в грудь. Чувствую манящие сферы. Тяжелые, упругие и манкие до умопомрачения. Трусь, прихватывая губами. Пробую.

— Саш…

Все. На хрен.

Перебрасываю на кровать.

Моя-моя летит, испуганно пискнув. Чертово полотенце снова собирает. А я не хочу так. Хочу видеть. Грубо сдираю махру, нависая над Ланой на вытянутых руках. Загораживается, чуть придавливает, делая грудь невыносимо красивой и эротичной.