Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 4 – Алекс Скай

Я обернулась.

Кирилл Грант вошёл без спешки. И почему-то сразу стало понятно, что это не он вошёл в комнату, а комната получила разрешение находиться вокруг него.

Высокий, тёмноволосый, в графитовом костюме, который сидел так, будто был сшит не по меркам, а по характеру. Острые скулы, спокойный рот, холодные серые глаза. Никакой лишней мимики. Никакого желания понравиться. В нём было что-то раздражающе собранное, как в дорогих часах, которые никогда не спешат, потому что время само подстраивается.

Он прошёл к пустому креслу во главе стола, но не сел. Сначала посмотрел на экран.

Потом на меня.

Его взгляд не был оценивающим в привычном смысле. Он не задержался на моём платье, фигуре или туфлях. Нет, Кирилл Грант смотрел глубже и холоднее: как человек, который за три секунды пытается определить, сколько пользы можно извлечь из объекта и стоит ли тратить на него ресурсы.

Я улыбнулась.

Не потому что хотела понравиться. Просто иногда улыбка — это не приглашение. Иногда это щит с блёстками.

— Продолжайте, — сказал он.

Голос у него оказался низким, ровным и опасно приятным. Из тех голосов, которым люди почему-то верят даже тогда, когда их этим голосом отправляют работать в субботу.

— Благодарю, — ответила я. — Мы как раз обсуждали, почему пренебрежение к форме общения может стоить компании репутации.

— Репутация компании строится на результатах, — сказал он. — Не на форме.

В зале стало тихо.

Вот оно. Первый выпад.

Я положила маркер на стол и слегка повернулась к нему.

— Результаты приводят людей за стол переговоров. Форма общения решает, захотят ли они остаться за этим столом.

Кирилл наконец сел. Очень медленно. С таким видом, будто оказал креслу честь.

— И вы учите взрослых людей оставаться за столом?

— Нет, Кирилл Аркадьевич. Я учу взрослых людей не вести себя так, чтобы другие мечтали из-за этого стола сбежать.

Кто-то кашлянул. Подозрительно похоже на подавленный смешок.

Лика, стоявшая у двери, опустила глаза в планшет, но уголки её губ дрогнули.

Кирилл посмотрел на меня внимательнее.

— Смелое начало.

— Я предпочитаю эффективное.

— Эффективность измеряется цифрами.

— А проваленные переговоры тоже.

Он чуть прищурился. Не разозлился. Пока нет. Скорее, отметил, что мяч вернулся на его сторону быстрее, чем он ожидал.

— Скажите, Арина…

— Платонова.

— Я помню.

Конечно, помнит. Такие мужчины запоминают всё, что может им пригодиться. И ничего, что не собираются признавать важным.

— Скажите, Арина Платонова, — продолжил он, — сколько крупных сделок вы лично закрыли?

Краснолицый мужчина оживился. Взглядом он уже выбрал себе попкорн.

Я спокойно сложила руки перед собой.

— Ни одной.

В зале стало ещё тише.

Кирилл откинулся на спинку кресла.

— Интересно.

— Зато я сопровождала подготовку семнадцати переговорных групп, которые эти сделки закрыли. В трёх случаях после провальных первых встреч. В двух — после публичного конфликта между сторонами. В одном — после того, как руководитель принимающей компании назвал партнёров «слишком эмоциональными людьми» прямо за ужином.

— И вы считаете это достижением?

— Я считаю достижением, что после моей работы он больше не пытался управлять международной сделкой интонацией школьного завуча.

Теперь засмеялись почти все. Осторожно, но вполне слышно.