Книга Падающие искры, страница 92 – Кэтрин Коулc

— Оглянись, мам. Хэдли ушла. Ты сама настраиваешь нас против себя. Это твои поступки. И ничьи больше.

Я направился к выходу. Мне незачем было здесь оставаться. Нужно было найти Хэдли. Кто-то перехватил мой локоть, и, обернувшись, я увидел Гейба.

— Дай знать, как она, ладно?

Я до хруста сжал зубы.

— Ты должен сам задать ей этот вопрос. И должен был сделать это уже очень давно.

— Я знаю, — тихо и сокрушенно выговорил он, едва слышно.

— Вот и начни прямо сейчас. Прояви твердость и найди своей жене помощь, в которой она явно нуждается.

Гейб кивнул, но больше не произнес ни слова.

Я снова двинулся к двери. Джулия окликнула меня по имени, но я даже не притормозил. Позволив двери захлопнуться за спиной, я осмотрел двор перед домом. Хэдли нигде не было видно. К амбару она бы не пошла, потому что там были Шайло и двойняшки. Я пошел по тропе к полю, где паслось несколько лошадей. Земля там уходила под уклон, к небольшому ручью, протекавшему вдоль пастбища. Там, забившись в небольшую ложбину, и сидела Хэдли.

Ее плечи подрагивали от рыданий. Я никогда не видел, чтобы она так плакала — ни разу за все двадцать четыре года, что я ее знал. Даже когда она свалилась с дерева. Тогда она сломала руку, и ей наложили восемь швов на голове, но она едва проронила пару слезинок.

Я спустился по склону, но Хэдли не услышала моих шагов. Она вздрогнула, когда я поднял ее с травы и усадил к себе на колени. Она сопротивлялась лишь мгновение, а затем уткнулась лицом мне в грудь.

Я обнимал ее, пока она выплакивала все, что накопилось. Всю ту боль, которую она так долго держала в себе. Обиду, с которой я не помог ей справиться раньше. Я чувствовал, как все это накатывает на меня волнами. Удар за ударом. И я принимал каждый из них.

Я покачивал Хэдли на руках, прижимаясь губами к ее макушке.

— Мне так жаль. Я должен был быть рядом.

Она зарыдала еще сильнее.

— Теперь я здесь. И никуда не уйду.

Она вцепилась пальцами в мою рубашку.

— Я больше так не могу. Это убивает меня.

— Ты больше и не будешь через это проходить. Никаких семейных ужинов и всего этого дерьма. По крайней мере, пока Джулия не обратится к специалисту.

— Этого не будет, — сквозь слезы и икоту выдавила Хэдли. — Она просто органически не способна признать, что может быть не права.

Я погладил ее по волосам, затем провел ладонью по спине.

— Хейз сказал, что ноги его здесь больше не будет, пока она не пойдет к психотерапевту.

Хэдли отстранилась и уставилась на меня.

— Хейз?

Я кивнул.

— Мы все слишком долго не замечали, как сильно это тебя ранит.

А все потому, что Хэдли слишком хорошо это скрывала.

Она разжала пальцы, выпуская мою рубашку, и бережно разгладила помятую ткань.

— Я не хочу портить ничьи отношения. Просто… я больше не хочу, чтобы мне было так больно.

Я снова притянул ее к своей груди.

— Иногда нужно, чтобы все развалилось к чертям, иначе потом ничего нормально не построишь. Надеюсь, сегодня был как раз такой день. Какое-то время все будет шиворот-навыворот, но, может, в итоге мы все придем к чему-то лучшему. В любом случае, это не твоя забота. Пусть остальные разгребают это дерьмо и хоть немного побудут в твоей шкуре.

Она бессильно прижалась ко мне.

— Я так устала.

— Знаю.

Я снова прижался губами к ее волосам, вдыхая запах, который для меня всегда был запахом Хэдли. Она слишком долго тащила на себе этот неподъемный груз. И тащила его в одиночку.