Книга Без права на слабость, страница 12 – Hay Grig

Но почему-то именно это спокойствие заставляло говорить правду.

— Я справлюсь сама.

— Уже справилась?

Вопрос прозвучал жёстко.

Я вздрогнула.

Глеб долго смотрел мне в глаза, после чего молча поднялся и вышел из комнаты.

А я осталась одна.

И впервые за долгое время позволила себе признать правду.

Мне действительно было страшно.

Страшно от того, что будет завтра.

Страшно от неизвестности.

Страшно от ответственности за маленькую жизнь внутри меня.

Я сидела на краю кровати, обхватив руками колени.

У меня не было дома.

Не было денег.

Не было работы.

Не было человека, который обещал любить меня всегда.

Только ребёнок.

И боль, которая никак не хотела отпускать.

Телефон лежал рядом.

Разряженный.

Я даже не потянулась к зарядке.

Слишком давно перестала ждать звонков.

Слишком давно перестала верить в чудеса.

К обеду в дверь постучали.

— Я заказал еду. Выходи.

Только сейчас я поняла, насколько голодна.

На кухне был накрыт стол.

Обычная еда.

Без ресторанной роскоши.

Но запах оказался таким вкусным, что желудок болезненно сжался.

Я начала есть, а Глеб сидел напротив и молча наблюдал.

От его взгляда становилось неуютно.

Будто он видел гораздо больше, чем я хотела показать.

— Спасибо.

Он поднял голову.

— За что?

— За то, что не оставил меня на улице.

На мгновение его лицо стало непроницаемым.

— А если твоя жена неправильно поймёт моё присутствие?

На губах Глеба появилась странная усмешка.

Горькая.

Почти болезненная.

— Ешь, Мила.

И больше ничего не сказал.

Оксана вернулась поздно вечером.

Я проснулась от того, что дверь буквально распахнулась.

— Мила!

Я вскочила с кровати.

— Окс...

И всё.

Слёзы хлынули сами собой.

Все эти дни я держалась.

Терпела.

Делала вид, что сильная.

Но стоило увидеть лучшую подругу, как вся защита рассыпалась.

Оксана крепко обняла меня.

— Тише... Я здесь.

— Окс...

— Я рядом.

— Мне страшно...

— Знаю.

Она гладила мои волосы, как ребёнка.

И впервые за много недель я почувствовала себя не одинокой.

— Я беременна...

В комнате раздался резкий звон разбившегося стекла.

Мы одновременно повернули головы.

В дверях стоял Глеб.

Осколки бокала осыпались к его ногам.

Иногда мне казалось, что человек способен привыкнуть ко всему.

К боли.

К предательству.

К одиночеству.

Даже к пустоте.

Прошло почти два месяца с момента моего переезда.

За это время я с помощью Глеба успела купить квартиру недалеко от центра города, купить недорогую машину и устроиться на работу в юридическую фирму Глеба.

Если посмотреть со стороны, моя жизнь постепенно налаживалась.

У меня была крыша над головой.

Работа.

Стабильность.

И ребёнок, который с каждым днём всё сильнее напоминал о своём существовании лёгкими толчками и бесконечной усталостью.

Но если бы кто-нибудь заглянул ко мне в душу, он увидел бы совсем другую картину.

Там по-прежнему были руины.

Иногда мне казалось, что Алекс забрал с собой какую-то важную часть меня.

Ту часть, которая умела безоговорочно верить людям.

Любить.

Мечтать.

Ждать.

Теперь вместо неё осталась только тоска.

Глухая.

Постоянная.

Та, что просыпается вместе с тобой и ложится рядом ночью.

Я научилась улыбаться.

Научилась разговаривать с людьми.

Даже смеяться.

Но внутри всё равно жила эта чёртова боль.

Каждый день.

Без выходных.

Без перерывов.

Без жалости.