Книга Его собственность, страница 21 – Алиса Браун

Я уставилась на него во все глаза. Условия звучали… слишком хорошо. Почти сказочно для ситуации, где меня продали как вещь. Год потерпеть, управлять любимым кафе, а потом свобода и свой бизнес? Я искала подвох. Он должен был быть.

Слова Дмитрия повисли в воздухе.

В том числе и в моей постели.

Отрабатывать свой долг.

Я смотрела на него, не в силах даже моргнуть. Его лицо было опасно близко, глаза прожигали насквозь, а большой палец все еще поглаживал мою нижнюю губу. Это прикосновение обжигало.

— Вы... шутите? — прошептала я.

Голос дрогнул, выдав мой страх с головой.

Дмитрий медленно отстранился, разрывая зрительный контакт, и снова взялся за бокал.

— Я похож на шутника, Алина? — холодно бросил он. — Ты же сама сказала: условия сделки выгодные. Ты получаешь бизнес, свободу через год, решение проблем отца. А я получаю жену. Полноценную жену. Всё честно.

— Это мерзко! — выплюнула я, чувствуя, как к горлу подступают слезы ярости. — Покупать женщину, чтобы затащить ее в постель?

Он лишь равнодушно пожал плечами, отрезая кусок стейка.

— Называй как хочешь. Но в субботу ты скажешь «да», а ночью я возьму то, что теперь принадлежит мне. Советую смириться с этой мыслью сейчас, чтобы не портить нам обоим праздник истериками. А теперь ешь. Тебе нужны силы.

Он рассуждал так цинично. Будто первая брачная ночь для него ничего не значила. Просто пустой звук, а не сакральный акт любящих людей.

Ну да, даже смешно. Любящих людей. Кто здесь кого любит, Алин? Думаешь, ты понравилась ему с первой встречи, вот он тебя и берет в жены? Ты просто удобная подстилка, не больше.

Поесть я, конечно же, не смогла. Кусок не лез в горло. Остаток ужина прошел в гробовой тишине. Дмитрий же спокойно жевал свой стейк, изредка проверяя телефон, словно напротив него сидело пустое место, а не девушка, которая скоро должна стать его женой. Я просто сидела, глядя в одну точку, и механически крутила ножку бокала.

В голове билась одна мысль: сбежать.

Но куда? К кому? К отцу, который продал меня? К Кате у которой полно своих проблем?

Я была не одна. Но совесть мне не позволяла беспокоить Катю. Я слишком дорожила нашей дружбой.

— Мы закончили, — Дмитрий жестом подозвал официанта, расплатился (я даже не взглянула на счет) и встал. — Идем.

Обратная дорога показалась мне вечностью. В салоне «Майбаха» царил полумрак. Я забилась в самый угол, прижавшись лбом к прохладному стеклу. За окном мелькали огни ночной Москвы. Там, снаружи, люди гуляли, смеялись, спешили домой к любимым. А меня везли в тюрьму.

Дмитрий молчал всю дорогу. Он не пытался заговорить, не касался меня, но я физически ощущала его тяжелый взгляд. Он давил, как бетонная плита.

Когда машина въехала на территорию особняка, меня начала бить мелкая дрожь. Ворота с лязгом закрылись за нашей спиной, отрезая путь к отступлению.

Дмитрий вышел первым, обошел машину и открыл мне дверь. Я замешкалась, не в силах заставить ноги двигаться.

— Алина, — в его голосе прозвучало предупреждение.

Я вышла. Ночной воздух был свежим, пахло дождем и мокрой хвоей. Но даже он не мог прогнать ощущение духоты.

Мы вошли в дом. В огромном холле горел приглушенный свет. Было тихо и пусто.

— Глеб проводит тебя, — бросил Дмитрий, снимая пиджак и бросая его на кресло. Он даже не посмотрел на меня. — Отдыхай. Завтра тяжелый день. Утром приедут стилисты и организаторы.