Книга Его собственность, страница 24 – Алиса Браун

Настя испуганно отступила к стене. А я поняла: мой спокойный завтрак закончился. Началась дрессировка.

Остальные люди тоже представились. Я очень постаралась запомнить каждого, но уставший мозг отчаянно сопротивлялся. Женщины были ярко одеты, с идеальным макияжем, словно только что сошли с подиума. Мужчины — в строгих костюмах, подтянутые, профессиональные, но куда более разговорчивые, чем охрана Дмитрия.

Светлана, женщина с планшетом, оказалась главным организатором. Она тут же начала сыпать терминами: тайминг, кейтеринг, флористика. Двое мужчин, как я поняла, отвечали за техническую часть и программу вечера — ведущий и звукорежиссер. Еще одна девушка, самая тихая, раскладывала образцы тканей для декора.

Мозг взрывался от всего происходящего. Разве это не я должна была ездить к каждому из них, чтобы обговорить детали? Почему они приехали все ко мне, превратив столовую в штаб-квартиру?

Ах, да. Я же пленница. Пленниц не возят по свадебным салонам. Салоны привозят к ним. От этого стало как-то не по себе.

Первой в атаку пошла Светлана.

— Алина Сергеевна, по цветовой гамме Дмитрий Александрович дал карт-бланш, но рекомендовал придерживаться классики. Что скажете? Айвори с золотом или, может быть, пудровая роза с серебром?

Она сунула мне под нос планшет с фотографиями залов.

Я смотрела на эти картинки, и мне хотелось плакать. Все это было красиво, дорого и абсолютно чуждо мне. Это была не моя свадьба, а постановка. Не о таком я мечтала, будучи еще совсем девочкой.

Но я не могла сорваться на этих людях. Они просто выполняли свою работу, за которую Воронов, наверняка, заплатил огромные деньги. Они не знали, что невеста — фальшивая.

— Он… он что-то говорил конкретное? — осторожно спросила я.

Следующие три часа превратились в ад.

Я была то «греческой богиней», то «роковой дивой». Анжелика крутила меня перед зеркалом, фотографировала каждый образ и тут же отправляла кому-то. Я знала кому. Телефон на столе пискнул.

«Нет. Слишком пышно. Я не торт покупаю».

Анжелика посмотрела в свой телефон и поджала губы.

— Боссу не нравится «принцесса». Снимаем. Давай «русалку».

Мы мерили и мерили. Я устала настолько, что ноги дрожали. Хуже физической усталости было только понимание того, что я просто кукла, которую нужно красиво нарядить для мероприятия. Там подмазать, тут подмазать и, в принципе, пойдет. Меня тошнило от такого обращения.

Не так я себе представляла свадьбу. Самую заветную девичью мечту просто растоптали. Те самые заветные примерки нарядов с подружками превратились в аукцион. А выбор украшений, букета и конкурсов...

Это должно было быть чем-то ярким и чувственным. Я должна была разделить этот момент с близкими и любимыми людьми. Я должна была быть счастлива от всей предсвадебной суеты. Но по итогу чувствовала я себя просто отвратительно.

Да лучше пусть бюджетно, но с душой и любимым человеком! Глаза предательски защипало, но я прикусила щеку изнутри, чтобы не расплакаться на людях.

— Анжелика, пожалуйста, — взмолилась я. — Я больше не могу. Ему все не нравится.

— Терпи, красавица. Он платит, он и музыку заказывает. Вот!

Она вытащила из чехла платье цвета брызг шампанского. Оно отличалось от остальных. Закрытое спереди, с длинными рукавами из тончайшей сетки, расшитой жемчугом, но с провокационным вырезом на спине, доходящим почти до поясницы. Строгое и соблазнительное одновременно.