Книга Сын маминой подруги, страница 56 – Марина Кистяева

И, конечно, вцепилась в Адама. Клещами впилась под предлогом, что ей нужна опора.

Дарина отошла в сторонку.

На душе паскудно было.

Противно, гадко, словно проглотила что-то скользкое и несъедобное. Ей-то что… Вот правда. Клеит Адама другая женщина, явно и беззастенчиво. Он же не реагирует, вернее, реагирует сдержанно, по-деловому, но и не отталкивает её окончательно. Но ей почему-то не по себе и сильно. В груди сосало и ныло.

Вскоре послышался рев двигателя и среди сосен показался снегоход, с которого бодро спрыгнули двое мужчин.

Дарина беззвучно усмехнулась. Метр девяносто, двадцать пять плюс, плечистые, в зимних камуфляжных костюмах. Ну, Надежда, теперь ты должна быть довольна. Публика прибыла, и состав вполне достойный.

Пора переключаться с Адама на вновь прибывших.

А нифига.

Эта рыжая зараза ещё сильнее вцепилась в Адама.

— Что случилось? — парни сохраняли видимость спокойствия.

Видимо, в прошлом уже поймали дзен вот с такими скучающими барышнями и им хватило одного взгляда, чтобы понять ху из ху и что тут происходит.

— Я упала…

— Давайте посмотрим.

— А у вас… Э-э-э… Есть соответствующее образование? Допуск там…

Надя не желала сдавать позиций.

Мужчины переглянусь. У одного дернулись уголки рта. Сейчас заржет в голосину и будет прав.

— Есть. Показать?

Дарина опустила голову. Есть у них, как же. Если только корочки ветеранов боевых действий.

— Не надо, — буркнула пострадавшая.

Адам кое-как расцепился с ней и шагнул к Дарине.

— Где лыжи?

Не дожидаясь ответа, он перехватил руку Дарины и потянул за собой.

— Пошли. Дальше без нас разберутся.

Легко сказать… А ноги не слушались. Грудь продолжало сильнее сдавливать.

Это ревность. Сто пудово. И она ей не нравилась.

Она понимала всю нелепость ситуации, всю театральность происходящего, но поделать с собой ничего не могла.

Кое-как толкнула себя с места. Они дошли до того места, где оставили лыжи и Дарина не без сожаления посмотрела на следы на снегу. Её небольшой отпечаток. И его… А ещё как они переплетись в какой-то момент.

— Надевай. Пешком до «Крыла» далековато будет.

С языка едва не сорвался вопрос про Надежду. Дарина вовремя прикусила губу.

Зато вспомнила о другом.

— Вопрос можно.

— Давай.

— Откуда…хм… Надежде известно, что ты медик?

— Услышала наш разговор с Вованом.

Всё равно у Дарины не сходились пазлы, и её это нервировало.

Между ней и Адамом точно какой-то блок стоял. Она его чувствовала! И никак не могла расслабиться. Воспринимать ситуацию легче что ли.

Не получалось и всё тут.

Она начала возиться с ботинками. Перспектива снова вставать на лыжи удручала.

У пункта выдачи проката Дарина сделала попытку по-тихому свинтить, но не тут-то было.

Её перехватили за локоть.

— Стоять и ждать меня, — недобро сказал Адам.

Правильно… Чего с ней по доброму-то. Это с всякими рыжими можно аккуратничать.

— Хорошо.

Как только Адам скрылся за дверью с их лыжами, Дарина развернулась и быстренько метнулась к двери «Крыла».

Хватит на сегодня.

Она не бежала, но шла достаточно быстро, торопясь укрыться в своём номере, будто только за дверью можно будет перевести дух и спрятаться от давящей тяжести дня. В ушах всё ещё стоял щебет Надежды, в носу щекотал холодный воздух, а на губах…

На губах ничего не было, понятно, Дарина?