Книга Его невеста, страница 103 – Марина Кистяева

— Переступи, — он присел, спустив её трусики к икрам. Разорвал белье, оно врезалось в попу, и Ната протестующе пискнула. Пришлось по старинке снимать его.

— Федя…

— Наташ… Пожалуйста…

Она не стала противиться. Не стала ничего больше говорить. Останавливать — тоже. Его нетерпение, страсть передавались и ей. Наташа потянулась к мужчине, он перехватил её руки, крепко сжал, прожигая взглядом.

— Идем.

Несмотря на предложение, Федор не позволил ей и шага сделать. Подхватил обнаженную на руки, впился губами в губы, сразу же проникнув языком внутрь. Ната с готовностью отозвалась, отмечая, как тяжело дышит её альфа. И словно дрожит. Она сильнее прижалась к нему.

Да что с ним такое?

Она хотела, чтобы он успокоился. Чтобы те тревоги, что терзали его крупное тело, оставили его. Ей хотелось забрать его боль себе.

Потому что любит.

Жизни своей без него не видит.

Ната обняла его за шею. Сначала пусть успокоится, потом и поговорят.

Он отнес её в ванную. Поставил на пол и сразу же направился к душевой, врубив воду на полную. После чего обернулся и обжег Наташу взглядом, в котором огонь страсти разгорелся ещё сильнее. Ната стояла, не пряча от него тело. Ей нравилось видеть, как он её рассматривает.

Всегда с восхищением.

Своим телом Федор не дал полюбоваться, сразу же затащил Нату под душ. Если она рассчитывала на прелюдию, её ждало разочарование. Федор, сшибая бутыли с шампунями, нашел гель для душа, открыл его и вылил едва ли не четверть тюбика себе на ладонь, после чего размазал его по плечам Наты. Хмурый, неудовлетворенный собственными действиями, он снова выругался. На этот раз схватил мочалку и остатки геля уже опрокинул на неё. После чего начал мыть Наташу.

Девушка уперлась руками в стену. Прикрыла глаза и позволяла Федору делать то, что он задумал.

Теперь она осознала его «надо».

— Ты смываешь с меня их запах? — тихо спросила она.

Обычный человек не услышал бы её из-за звука льющейся воды.

Но её Федор не обычный.

— Да.

От вибрации его тона, от того, сколько тоски, гнева, страсти, раскаяния заключалось в простом согласии, Нату пробрало. Она хотела развернуться и заглянуть Федору в глаза — ей не дали.

— Я должен убрать их запах! — рычал мужчина, уже не сдерживая себя. Его наконец-то прорвало. — Ты спрашивала про мою ревность, Наташ? Вот она! Во всей красе! Не могу… Их запах… Мля! Разорвать хочу! Каждого!

Несмотря на то, что самого мужчину потряхивало от напряжения, он не причинял Наташе боль мочалкой. Действовал пусть и резковато, но аккуратно, не оставляя на её теле следов.

— Они… твои друзья, — вытолкнула из себя Наташа, не понимая, как реагировать на его признания.

На происходящее в целом. Эмоции Федора окутывали ещё похлеще пара, проникали внутрь, пробуждали женскую покорность и стремление во чтобы то ни стало успокоить бушующую ярость своего мужчины.

— Больше, чем друзья. Каждому из них я доверю свою жизнь. Думал, и тебя… Нет! Ты моя! — Федор отшвырнул мочалку прочь и впился зубами в плечо Наташи. Девушка ойкнула.

— Ты меня…

— Укусил, — признался он, вдавливаясь возбужденным членом в неё.

Наташу заколотило, по крови побежал настоящий огонь, перед глазами замелькали черные точки, какие-то вспышки. На несколько секунд она потеряла связь с действительностью. Когда вернулась, услышала жаркий шепот Федора.