Книга Опалённая жизнь, страница 141 – Мари Милас

Выходя из библиотеки, где Камила сообщила мне хорошие новости, я потираю грудь,

ощущая тревогу за Гарри. От него не было вестей, как и от остальных мужчин, оберегающих этот

город от огня. Взгляд сам собой поднимается в небо, будто с него на меня может свалиться

широкоплечий мужчина в пожарной форме.

Я иду к машине и стараюсь отвлечься от угнетающих мыслей, начиная придумывать,

какие книги можно предложить на следующее мероприятие в библиотеке. Камила сказала, что наша

выставка подростковой литературы имела успех. Некоторые дети возвращались несколько раз,

чтобы взять продолжение циклов или же познакомиться с другими книгами авторов.

Я знала, что крылатые парни и девушки из выдуманных миров не смогут оставить

равнодушным никого! Чего только стоит эта болтовня с саркастичными драконами в фэнтези.

Я пересаживаю Лео из коляски в автокресло и решительно направляюсь в мэрию.

Пришло время поговорить с папой. Этому городу нужны перемены, и меня никто не переубедит в

этом. Я благодарна Гарри за то, что он организовал мероприятие, привлекшее внимание к

книгам, но это не отменяет того, что мне необходимо самой вывести эту проблему на новый

уровень.

Лео качает головой и подпевает на своем языке Алексу Уоррену и его новинке

«Fever Dream». Только ленивый может удержать свою задницу и не вильнуть ей под припев.

Обычно я танцую вместе с Лео, но сегодня даже это не может меня развеселить.

Я фальшиво хихикаю, все еще ощущая, как саднит горло после утреннего сеанса

слез. Мне приходится подпевать сыну, несмотря на отвратительное настроение, ведь он смотрит

на меня во время припева, ожидая поддержки.

— Мы идем к дедушке, Лео, — серьезно говорю я, паркуясь около бледно-бежевого

здания. — Нам нужно не просто очаровать его. Очевидно, что он и так нас любит. Нам

необходимо заставить его поверить в нас. Ясно?

Лео взвизгивает и швыряет в меня поильник. Я принимаю это за «да».

Мы выбираемся из машины и проходим по коридорам мэрии в череде дружелюбных: «Как

он вырос!», «У него твой нос, Лола», «Улыбка, как у мистера Эванса», «Он уже говорит?»,

«Лео, помаши нам ручкой!».

— Лео, не маши им, — шепчу я. — Оставайся загадкой.

Я прохожу в приемную, где меня встречает Шерил, секретарша папы, которая,

наверное, родилась, чтобы носить это звание. У нее начес на голове держится еще с тех

времен, когда я ходила в детский сад, а кофейная кружка не менялась еще дольше.

— Привет, Шерил! Папа у себя? — спрашиваю я, ставя Лео на ноги и держа его за

ручку.

— Привет, дорогая! — она поправляет шаль на плечах и выдавливает крем для рук на

тыльную сторону ладони. Этот крем тоже не меняется столько, сколько я ее знаю. — Да, он у

себя, но сразу предупрежу: его настроение не самое лучшее из-за пожара, бушующего в

заповеднике.

Я киваю и, легко стукнув в дверь, прохожу в кабинет. Папа сидит в кресле,

откинув голову на спинку и прикрыв глаза. На его лице отражаются следы усталости, а галстук

ослаблен.

— Привет, папочка.

Он резко выпрямляется, когда слышит мой голос.

— Милая, что ты здесь делаешь?

Еще мгновение назад он устало сидел в кресле, а сейчас уже забирает у меня Лео и

начинает ходить с ним по кабинету, показывая свою коллекцию мини-ретроавтомобилей.

Я сажусь в кресло напротив его стола. Плечи так напряжены от волнения, что чуть