Книга Громкий шепот, страница 108 – Мари Милас

Хадсон подогревает мою агрессию еще больше. У него в этом деле совершенно иной интерес. Он хочет поймать не Алекса, а крупную рыбу – его босса, торгующего наркотой, как сладкой ватой.

— Хорошая шутка. – Я откидываюсь на спинку сиденья.

— Макс, – начинает Рик, с мольбой смотря на меня. – Это необходимо.

— Я не оставлю ее, – не отступаю я.

— Тебе все равно придется это сделать! – рычит Рик. – Алекс должен разговаривать с ней наедине.

Валери закрывает глаза и делает резкий вдох.

— Я. Не. Оставлю. Ее. – Я поочередно перевожу взгляд то на Рика, то на Хадсона.

Они не в своем уме, если думают, что я любезно соглашусь и пойду заботиться о поимке какого-то наркодилера, который мне на хрен не сдался, пока моя любимая женщина встречается со своим ночным кошмаром.

Надоело, что люди считают меня добрым и пушистым Максом. Вечно прибегающим на помощь, всегда отзывчивым и соглашающимся на любое дерьмо.

Не в этот раз. Я умею расставлять приоритеты. И сегодня (да и если говорить начистоту, то всегда) это Валери.

Хадсон явно недоволен таким раскладом, но, поморщившись, произносит:

— Хорошо. У нас есть люди, которые могут провернуть это вместо тебя. Раз ты у нас такой доблестный рыцарь. Но в любом случае, – он усмехается, специально выводя меня из себя, – нашу немую принцессу придется оставить один на один со злым драконом.

— Хватит! – Валери подпрыгивает на месте. – Во-первых, принцесса умеет говорить. – Она испепеляюще смотрит на Хадсона. – Во-вторых, она не боится злого дракона. Хреновое сравнение, если честно. Потому что драконы обычно охраняли принцесс в замке, а не забивали их до смерти. Но с дедукцией у вас плоховато, так что опустим, – устало выдыхает Валери, а затем поворачивается ко мне. – Сделай как тебе говорят, я справлюсь. – Она приближает свое лицо к моему, не отводя глаз. – Мне нужно справиться с этим самой. Поверь в меня, – шепчет она, и мое сердце предательски сжимается. Потому что я знаю, что не смогу ей запретить. – Не бойся. Я попаду в цель. Мне нужно сделать это, иначе он так и будет иметь надо мной власть.

Я сжимаю переносицу с силой, вызывающей хруст в носу, и сквозь ком в горле произношу слова, которые никогда себе не прощу, если с ней что-нибудь случится.

— Хорошо. Я верю, что ты справишься сама.

Переступая порог клуба, я не чувствую ног. Удивительно, как мне еще удается стоять на каблуках.

Глубокий вдох.

Медленный выдох.

Я сильная. У меня волосы ярче солнца. Я с красной помадой и на каблуках. Я не боюсь.

И самое главное: умею говорить. Даже если это громкий шепот. Мне удалось дать ему отпор в тот день, когда он хотел меня убить. Так что сегодня я тоже справлюсь.

Макс что-то печатает на телефоне, блокирует его и убирает в карман. Но я успеваю заметить, что он поставил нашу совместную фотографию на рабочий стол.

Я бы хотела спросить: «Зачем?», но стараюсь не упасть в обморок.

— Наш общий чат не замолкает, все пишут, чтобы мы дали Алексу по яйцам, – говорит Макс, наклоняясь к моему уху.

Аннабель болтала со мной все утро, и это были сто вопросов, на которые я давала один ответ: «Все будет в порядке. Я не умру».

Наверное.

— Думаю, что у него есть небольшие проблемы в той области, – натянуто ухмыляюсь я.

Макс удивленно приподнимает брови и наклоняется ближе, ожидая продолжения.