Книга Громкий шепот, страница 64 – Мари Милас

Дождь постепенно превращается в легкую морось, и мы покидаем машину после разговора, заставившего сердце увеличиться до размеров воздушного шара. Мне кажется, я до сих пор не могу выпустить весь воздух из легких.

Как и при первой нашей встрече, Макс с ловкостью и без лишней драмы выворачивает душу наизнанку. Можно подумать, что у него есть какая-то непрерывная связь с ее молекулами. Я не сильна в химии, да и в целом не сильна в чем-либо, кроме дерьмового характера, но знаю, что это нельзя потрогать или увидеть. Лишь почувствовать, как происходит реакция горения. Как тает и потрескивает ледник где-то глубоко внутри меня.

Мы проходим мимо аттракционов, разных сувенирных киосков и фудтраков. Останавливаемся около одного из них, чтобы угомонить наконец кофеиновую нервозность Макса.

С годами парк расширился и стал идеально совмещать в себе природу, историю и технологии. Раньше аттракционы располагались как-то сами по себе и выглядели устрашающе. Сейчас же они все еще похожи на смертельно опасные ловушки, но различные цветные декорации, музыкальное сопровождение и разнообразие ландшафта придают им больше шарма. Небольшие двухэтажные автобусы красного цвета неспешно следуют по дорожкам парка, сопровождая детей на экскурсию. Появилась карусель в виде милых белых чашек со сколотыми уголками, плавно вращающихся вокруг чайника из «Красавицы и Чудовища». Я бы даже сейчас прокатилась на них.

Макс подходит ко мне со спины и протягивает кофе. Я делаю быстрый глоток, желая скорее распробовать вкус. Он наблюдает за моей нетерпеливостью с легкой улыбкой и прищуренным взглядом.

— Чувствую тут яблочный пирог… – Я задумчиво постукиваю указательным пальцем по подбородку, поднимая взгляд. – Раф с яблочным пирогом?

Улыбка Макса становится шире, и мне кажется, словно мелкий дождь вовсе прекращается.

— А здесь? – Он протягивает мне свой стакан.

Макс неотрывно наблюдает за тем, как я делаю глоток, оставляя на белой крышке легкий след от красной помады. Он забирает у меня стакан и припадает ртом к тому же месту, пробуя напиток на вкус. Возможно, и не только его. Этот абсолютно невинный жест выглядит неразумно соблазнительным: он призывает меня потереть друг об друга колени, чтобы унять мурашки.

У меня сегодня овуляция? Потому что какого черта?

— У тебя латте с фундуком, – говорю я, уверенная в своем ответе.

Макс удивленно усмехается.

— Может, тебе стоит стать кофейным сомелье?

— Тогда тебе нужно научиться пользоваться кофемашиной, ведь кто-то должен делать мне напитки. – Я игриво хлопаю ресницами.

— Ты видела эту штуку? – возмущается он. – Звуки, которые она издает, могли бы разбудить мертвых!

Я вздыхаю, легко разворачиваюсь на каблуках, как если бы мы были в рекламе обуви, и направляюсь к этим милым танцующим чашкам.

— Слишком много драматизма, Макс. Уверена, если ты смог выучить, какие статуты ^[8] конституции применяются во всей Великобритании, а какие – только на территории Англии и Уэльса, то справишься и с инструкцией к этой штуке.

Макс догоняет меня мелкой пробежкой и выравнивает свой шаг с моим.

— Ты слишком быстро ходишь на каблуках, – ворчит он, как Грейс, когда я отказываюсь от ее очередной выпечки.

Узнай мама, сколько лишних сантиметров отложилось у меня в области бедер за время проживания в этом доме, она бы точно поседела.