Книга Холодное пламя, страница 141 – Мари Милас

— Успокойся, Мия, и говори медленнее.

Существует разные виды телефонных звонков. На некоторые вы не обращаете внимания и даже не пытаетесь прислушаться, чтобы услышать, о чем речь. Некоторые вызывают в вас непреодолимый интерес, как самая сочная сплетня. Вы буквально чешетесь от того, как хотите узнать подробности. Но есть телефонные звонки, которые бросают вас в холодную воду, заставляя покрываться мурашками, хотя вы даже понятия не имеете, о чем речь. Человек рядом с вами замирает. И вы уже точно знаете, что что-то произошло. Все внутри сжимается до размера изюма, а сердце кричит: «Случилась беда».

— Я понял. Дай трубку папе, – командует Марк и быстро выходит из машины, чтобы занять водительское место. – Сколько вам осталось ехать? – Пауза. – Понял. Мы недалеко. Скоро будем. – Тяжелый вздох и снова пауза. – Успокой всех женщин в своей машине.

Я перелезаю с заднего сиденья на пассажирское, и мы тут же трогаемся с места, устремляясь в сторону Флэйминга на запредельной скорости. На висках Марка выступает пот, а костяшки пальцев белеют от того, как крепко он сжимает руль.

— Что-то случилось. – Я утверждаю, а не спрашиваю.

— Был пожар на ранчо. Гарри и Томас… – Он дышит так часто, словно у него начинается паническая атака. Я ни разу не видела этого мужчину таким. Он одновременно очень собран, серьезен и непоколебим, но вместе с этим находится в полном раздрае. Если что-то и может вывести Марка из себя, так это потеря близких людей. – Черт, я не знаю, что с ними, – Марк качает головой. – Они в тяжелом состоянии в больнице. Это все, что рассказал Нил Мие на данный момент. Он не мог дозвониться до меня.

Я проглатываю колючий ком в горле, стараясь оставаться спокойной, хотя паника накрывает меня такой волной, что еще чуть-чуть и слезы хлынут из глаз. Марку сейчас не нужно успокаивать еще и меня, поэтому моя рука накрывает его бедро и крепко сжимает.

— Мы разберемся. Вместе.

Ранее я не осознавал, что мой главный страх потерять кого-то из своих родных. Как ни странно, в этом мы с Лили чем-то схожи: она всегда мечтала найти семью, я же старался сделать все, чтобы ее сохранить.

И это не тот страх, когда ты боишься, что родители разведутся и в вашем доме все не будет как прежде. Нет, речь о том, что мне, взрослому мужчине, до ужаса претит мысль, что у меня не будет братьев или сестры, или любящих родителей.

Моя команда – тоже моя семья. Поэтому мысль о том, что я могу сегодня потерять двоих родных людей, бьет меня так сильно, что сводит живот.

— Томас всегда говорил, что не хочет, чтобы его хоронили в земле. Он боится червяков. Хотя мне они кажутся достаточно милыми, – шмыгает носом Мия, лежа на диване в коридоре больницы.

— Мия, прекрати, ради бога. – Нил устало проводит по лицу. – Никто не умер.

Сестра бросает на него взгляд, полный паники.

— И не умрет, – уверяет он ее в том, в чем никто, черт возьми, не уверен.

Больница Флэйминга переполнена нашими родственниками, друзьями и членами команды. Родители патрулируют двери, ведущие в операционные. Мия причитает и подстегивает всеобщую тревогу, чтобы мы не расслаблялись. Нил время от времени смотрит на меня и просто кивает, давая понять, что все будет хорошо.

Люк впервые не испытывает нервную систему сестры. Он прикрыл кепкой лицо и делает вид, что спит. Но я знаю лучше – он тихо плачет.