Книга Холодное пламя, страница 99 – Мари Милас

— Марк! Мама скоро начнет расклеивать твои фотографии по всему городу, если ты не ответишь на ее звонки. – Пауза. – Там будут фотки, где у тебя усы.

Я чуть ли не хрюкаю от смеха.

— У тебя были усы? – шепчу я.

— Найди мне человека, у кого их не было. Даже у женщин они есть. – Он приближает свое лицо к моим губам, чтобы присмотреться.

Я бью его в плечо.

— Какой грубиян! У меня ничего нет.

— А еще там есть фотография, где у тебя грязные волосы по плечи, а сам ты выглядишь как глист! – продолжает Мия оповещать наших соседей и весь штат.

Марк бормочет себе под нос проклятия и идет к двери.

Я беру тарелку с едой и выглядываю из-за угла кухни как раз в тот момент, когда Мия припадает лицом к окну прихожей, словно ребенок в океанариуме. Ее глаза расширяются, а затем раздается восторженный визг, который слышен в космосе.

— Я видела тебя, Лили! – Вновь оглушительный крик. Женщина не собирается сбавлять громкость. Марк открывает дверь, и она щебечет: – И чем вы, ребята, тут занимаетесь?

— Играем в шахматы, – ровно отвечает Марк.

Я заглушаю смех ладонью.

— Ты не умеешь играет в шахматы, – звучит мужской голос. И, если я не ошибаюсь, то это Нил.

— Ты никогда не играл со мной, чтобы знать это наверняка.

— Я играл. Ты отвратителен в шахматах, – фыркает Томас.

— Ты тоже не блещешь умом в этой игре, Томас, – цокает Лола.

Мамочки, сколько их там? Мия притащила с собой половину Флэйминга?

— Я умею играть. – Я могу различить самодовольство в голосе Люка.

Если не половину города, то точно половину семьи Саммерс.

Повисает молчание, где все собравшиеся ожидают ответа Марка.

Секунда.

Две.

Глубокий вдох доносится из коридора.

— Проваливайте. – И он захлопывает дверь.

Когда Марк появляется на кухне и пытается заговорить, громкий голос вновь прорезает воздух:

— Я просто предупреждаю, что от нас сложно отделаться.

Марк глубоко вздыхает, упирая руки в бока.

— А еще есть мама с папой… – Дальше голос Мии немного стихает, а затем она ведет диалог с кем-то другим. – Вы поехали есть пиццу? Я с вами.

Спустя три секунды она вновь припадает к двери, сотрясая ее и угрожающе шепча:

— Будь готов к нашествию родственников. За предупреждение ты должен мне… Я придумаю потом, что именно. Пока! Люблю тебя, братик!

Мы погружаемся в тишину. Марк стоит и не решается заговорить, словно ждет ещё одно нашествие своей сестры. Я медленно жую кусочек бекона, а затем не замечаю, как и вовсе съедаю всю еду с тарелки.

— Ой, я совсем ничего не оставила тебе. – Смущенно прикасаюсь пальцами к губам.

Марк приближается ко мне ленивым сексуальным шагом.

— Я и не собирался есть. По крайней мере эту еду.

— Но ты сказал, что голоден.

— Однако я не говорил, чем именно хочу утолить свой голод.

Марк подхватывает меня и сажает на кухонный стол. Его руки тут же раздвигают мои бедра, а затем скользят выше, достигая груди. Мои соски напрягаются так сильно, что начинают болеть. Марк смотрит на меня, наслаждаясь тем, как я извиваюсь в его руках.

Я хочу поймать губами его рот, но он отворачивается и, тихо посмеиваясь, целует меня за ухом, а после переходит на шею.

— Даже не знаю, кто из нас на самом деле голоден, – шепчет он, продолжая мучать меня. – Чего ты хочешь, Лили?

Я чуть не прикрикиваю, когда его палец ласкает мое бедро, а затем задевает влажный участок ткани на трусиках.