Книга Зона Златовласки. Любовь не по уставу, страница 15 – Анастасия Сиалана, Асоль Ари

Я закусила губу до металлического привкуса крови, чувствуя, как растерянность мгновенно сменяется жгучей, упрямой злостью. Страх куда-то испарился, оставив только желание защитить свою компетенцию.

— Я анализирую сырые данные с помехами в реальном времени, сэр! — мой голос сорвался, но я заставила себя выпрямиться, вскинуть подбородок и посмотреть прямо в эти невозможные глаза. — Атмосфера азотно-кислородная, но с примесями тяжелых галогенов, указывающими на активный метаболизм споровых форм. Южный материк — это не просто лес, это сплошной биом-агрессор. Если высаживаться там без предварительной химической зачистки периметра, мы потеряем людей через два часа. Это не «скорее всего», это математически точный прогноз на основе текущей плотности органики!

Тар-Эн медленно, плавно наклонился над панелью, сокращая расстояние между нами до непозволительного минимума. Я видела, как сузились его зрачки — терианский признак предельной, хищной концентрации.

— И вы предлагаете бросить ресурсы на северное полушарие, которое геологически мертво? — его тон был полон ядовитого, обжигающего скепсиса.

— Я предлагаю не лезть в пасть к хищнику, пока мы не узнаем, чем именно он питается и как переваривает броню! — выпалила я.

И тут же похолодела. На мостике на мгновение замерла даже вентиляция. Я осознала, что только что прикрикнула на адмирала флота, стоя в десяти сантиметрах от его лица. В светлых глазах Каэра что-то опасно, почти радостно блеснуло.

— Ваша эмоциональность, Ветрова, граничит с истерикой и профнепригодностью.

Я захотела отступить, сбежать, провалиться сквозь палубу прямиком в реакторный отсек, лишь бы разорвать этот зрительный контакт. Сделала резкий, панический шаг назад, напрочь забыв, что нахожусь на приподнятой платформе. Каблук моего форменного ботинка с предательским скрипом соскользнул с металлической окантовки.

Время растянулось, как густая патока. Мой мозг, всё ещё работающий в режиме аналитика, успел отстраненно зафиксировать:

«Угол падения — сорок пять градусов. Точка контакта с палубой — затылок. Вероятность публичного позора — двести процентов».

Я нелепо взмахнула руками, пытаясь ухватиться за пустоту, и зажмурилась, ожидая сокрушительного, болезненного удара.

Но вместо жесткого металла палубы я почувствовала обжигающе-крепкий захват. Сильная рука молниеносно обхватила меня за талию, грубым рывком останавливая падение и буквально впечатывая в твёрдое, как монолит, мужское тело. Я судорожно вдохнула, распахнув глаза, и обнаружила, что уткнулась носом прямо в серебристый кант адмиральского мундира на его широкой груди.

Каэр Тар-Эн держал меня так крепко, что у меня перехватило дыхание. Я чувствовала его предплечье — стальное, непреклонное — под своей спиной. Его дыхание шевельнуло выбившуюся прядь моих волос.

— Осторожнее, младший аналитик, — произнёс он так тихо, что этот бархатный рокот услышала только я.

В этом шепоте не было ни капли насмешки. Только странная, пугающая тяжесть и скрытая угроза. Он удерживал меня на долю секунды дольше, чем требовалось. Я ощущала исходящий от него жар через тонкую ткань своей формы, и это прикосновение вызывало внутри целый хаотичный вихрь: от унизительного желания расплакаться до непонятной, дикой, пульсирующей дрожи внизу живота.