Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 116 – Дада Смехова

Он начал быстро одеваться. Накинул нижнюю рубаху, шёлковый халат, а затем обернулся ко мне и замер. Я всё ещё лежала в той же позе, прижимая ладонь к лицу, но, видимо, моего озабоченного и до неприличия красноречивого взгляда ему хватило с головой.

— Я рад, что ты уже лучше себя чувствуешь, — с явной усмешкой проговорил он.

В следующий миг он внезапно шагнул обратно, встал одним коленом на край кровати и, наклонившись, опёрся руками по обе стороны от моей головы.

А-а-а-а-а! Что с ним такое?! Он тоже заболел? Может, это у него сейчас бред начался, а не у меня?!

Я зажмурилась, ожидая… чего угодно. Но Шенли просто ухватился за край одеяла и одним слитным движением накрыл меня по самый подбородок, надёжно запечатав обратно в кокон.

— Постарайся хорошо отдохнуть и слушай лекарей, — добавил он.

После чего легко поднялся, за считаные секунды затянул сложный пояс и быстрым, привычным жестом привёл в порядок длинные волосы. Я опять зависла, разглядывая этот процесс. В голове мелькнула странная, до безумия уютная мысль: полное ощущение, будто муж утром на работу собирается… Ну, наверное, как-то так это и должно ощущаться в нормальной семейной жизни.

— Ты ещё придёшь? — вопрос сорвался с губ прежде, чем я успела его отфильтровать.

Шенли замер и перевел на меня свой тёмный взгляд.

— Приду.

Так просто? Я уже мысленно приготовилась к тому, что он сейчас начнёт засыпать меня вопросами, язвить, просить угадать причину или цену себе набивать, как обычно… Но нет. От такой прямой и честной капитуляции я прямо-таки растерялась от удовольствия.

— Когда? — ну всё, тормоза окончательно отказали, это вылетело само собой.

— Вечером.

Ну ладно, вечером так вечером.

— Хорошо, — выдохнула я.

Боже, что за диалог из детского садика? Нас точно надо спасать.

Он ещё несколько мгновений внимательно смотрел на меня, словно пытался убедиться, что я действительно в порядке, после чего направился к окну. Тихо приоткрыл створку, привычным движением опёрся рукой о подоконник и легко выпрыгнул наружу.

Я проводила его взглядом.

В комнате остались только солнечный свет, пение птиц и моё совершенно неприлично хорошее настроение.

Несколько секунд я честно пыталась вести себя как взрослая и разумная девочка.

Потом накрылась одеялом с головой, перевернулась уткнулась лицом в подушку чтоб заглушить мою радость и заорала от переизбытка чувств и застучала ногами по кровати.

Получилось, кажется, не очень тихо.

Потому что стоило мне перевернутся обратно и высунуть голову из под одеяла, чтобы перевести дух, как над собой я увидела встревоженное лицо Шенли.

От неожиданности я громко икнула.

А потом ещё и закашлялась.

— Что с тобой?

Он выглядел совершенно серьёзным.

Не насмешливым.

Не раздражённым.

По-настоящему обеспокоенным.

Шенли осторожно потянулся ко мне и коснулся ладонью лба.

— Тебя опять мучают кошмары?

Я судорожно попыталась придумать хоть какое-нибудь объяснение тому, чем только что занималась.

Любое.

Хотя бы самое жалкое.

Но в голове была абсолютная пустота. Поэтому я просто смотрела на него и молчала.

Он осторожно присел рядом и снова потрогал мой лоб. Чуть нахмурился.

А мне вдруг пришла в голову гениальная мысль. Если я сейчас буду выглядеть достаточно больной, возможно, никто не станет задавать неудобных вопросов.