Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 117 – Дада Смехова

Поэтому я закатила глаза и тихонько застонала. Пытаясь изобразить возвращение лихорадки.

Зачем? Отличный вопрос. Сама бы хотела знать. Но, видимо, болезнь всё-таки немного повредила мой и без того хрупкий разум.

Но реакция Шенли превзошла все мои ожидания.

Он резко подхватил меня под спину и крепко, до хруста в рёбрах, прижал к себе.

— Всё хорошо, — тихо сказал он, осторожно поглаживая меня по спине. — Не бойся.

Я замерла.

Он что…Серьёзно поверил?

— Я рядом, — продолжал Шенли. — Всё хорошо. Я не уйду.

Его ладонь медленно скользила по моим волосам, успокаивающе перебирая пряди.

— Я больше не оставлю тебя одну. Обещаю.

Я застыла, медленно осознавая, что сейчас происходит. Неужели он вот так же, без сна и отдыха, утешал меня всю прошлую ночь, когда я билась в кошмарах? Боже… Что за невероятный ангел мне достался под видом сурового Четвёртого принца?

Неужели действительно держал меня, когда мне было страшно?

От этой мысли внутри что-то болезненно сжалось.

Так неожиданно.

Так сильно.

Он продолжал гладить меня по волосам и спине, а у меня вдруг защипало глаза.

Совершенно не вовремя.

Я торопливо шмыгнула носом.

Только бы не разреветься.

Потому что это было бы уже слишком.

— Тише, всё хорошо… Хватит, не плачь больше… — тихо зашептал он, расслышав этот звук.

Не плачь больше?

О боже, так я ещё и плакала ночью? От этого нежного утешения захотелось реветь ещё сильнее, хотя я сама не знала, почему.

Шенли осторожно отстранил меня от себя и внимательно заглянул в глаза, словно пытаясь понять, что происходит у меня в голове.

Судя по его задумчивому выражению лица, результаты поиска его не слишком порадовали.

Я не выдержала и опять шмыгнула носом.

Кажется, мой глупый ум он так и не нашёл.

Я опустила голову, и меня тут же снова прижали к широкому плечу. Шенли продолжил размеренно, успокаивающе гладить меня по голове, плечам и спине, но теперь уже молчал.

Кажется, он всё понял. Понял, что я притворялась, но, увидев моё реальное растрепанное состояние и шмыгающий нос, даже не стал возмущаться и ругаться. И от этого его молчаливого понимания хотелось плакать ещё сильнее. Ну вот чего он такой добрый сегодня? Где его привычная язвительность, когда она так нужна для самоконтроля?

— Хочешь пить? — тихо спросил он куда-то мне в волосы.

Я опять шмыгнула носом, согласно кивнула и невнятно пробурчала ему прямо в плечо: — Угу.

Шенли тихо хмыкнул. Чуть отодвинув меня от себя, он дотянулся до стоявшего на прикроватном столике подноса и протянул мне чашу. Я, всё ещё упорно не поднимая на него глаз, вслепую перехватила её и сделала большой, жадный глоток.

В следующую секунду я чуть не подавилась.

Вскинув на принца полный искреннего возмущения взгляд, я наткнулась на его едва заметную, тёплую улыбку. Пришлось с великим трудом проглотить этот абсолютно несладкий, странный чай. Слава богу, это была не та смертоносная горькая гадость, которой меня отпаивали местные эскулапы, но вкус всё равно оказался весьма специфическим.

Я тут же скривилась, и возмущенно сунула чашу обратно ему в руку.

— Что это? — несчастным голосом спросила я, готовая объявить местной медицине личную вендетту.

Шенли спокойно принял чашу, даже не шелохнувшись, и его чуть грустная улыбка стала чуть шире.