Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 99 – Дада Смехова

Единственное, что начинало настораживать — Фэнфан слишком уж глубоко погрузилась в свою роль.

Её руки соскользнули с моих плеч именно в тот момент, когда, наоборот, уже можно было перестать притворяться. Они безвольно повисли вдоль тела, словно у неё больше не осталось сил держаться за меня.

Я нахмурился. Может, решила, что за нами всё ещё следят. Что ж, это было вполне в её духе. Даже сейчас продолжать играть до последнего.

Я донёс её до повозки и осторожно поднялся с ней внутрь. Она всё так же лежала у меня на руках, не открывая глаз.

— Ваше Высочество, мне остаться? — неуверенно спросила Чуньхуа.

— Нет.

Служанка тут же выскочила наружу. Дверца закрылась и повозка тронулась.

Наконец-то. Мы остались одни. Я усмехнулся.

— Всё, можешь прекращать.

Ответа не последовало.

— Эй.

Я попытался усадить её ровнее.

Но вместо этого она неожиданно завалилась в сторону, словно тряпичная кукла.

Голова беспомощно качнулась. Я едва успел её подхватить.

— Осторожнее…

Пробормотал скорее себе, чем ей, и притянул обратно к плечу.

— Эй, очнись уже.

Я слегка похлопал её по щеке.

— Мы одни. Никого нет.

Моя ладонь замерла. Щека была горячей. Очень горячей. Я нахмурился и приложил руку ещё раз.

Нет, не показалось.

Горячая.

Слишком.

В груди шевельнулось какое-то неприятное чувство.

Я резко коснулся её лба.

И тут же выругался про себя.

Лоб был ещё горячее. Будто раскалённый. Я схватил её за плечи и осторожно прислонил к стенке повозки, пытаясь заглянуть в лицо.

Никакой реакции. Глаза закрыты, ресницы даже не дрогнули. Губы слегка приоткрыты. Дыхание тяжёлое.

Я ещё раз коснулся её лба. Потом щеки. Потом снова лба. Словно надеялся, что ошибся. Но кожа продолжала буквально обжигать пальцы.

Все мысли о спектакле исчезли мгновенно.

— Кто-нибудь! Быстро сюда!

Дверца тут же распахнулась. Внутрь протиснулась Чуньхуа.

— Ваше высочество!

— Быстро рассказывай, как сегодня чувствовала себя принцесса.

Служанка побледнела. И начала сбивчиво рассказывать.

С самого утра принцессе нездоровилось. Она мёрзла. Была слабой. Почти ничего не ела. Ещё до выхода из павильона выглядела плохо.

Чем дольше я слушал, тем сильнее хотелось кого-нибудь придушить.

Например, эту служанку. Или Вэньмина. Или обоих сразу.

И это мои люди?

Кто вообще их подбирал?

Почему никто не доложил мне раньше? Почему ее не остановили…

Где носит Вэньмина? Он должен был сообщить о её состоянии ещё утром.

Я раздражённо сжал кулак.

Проклятье. Получается, всё это время она не играла. Она действительно была больна. И всё равно пошла через весь дворец под дождём.

Я снова коснулся её лба.

Горячая.

Слишком горячая.

Неприятная тревога впервые по-настоящему поднялась внутри. Но я тут же заставил себя успокоиться.

Нет. Ничего серьёзного. Просто простуда. Обычная простуда после дождя. Сейчас доставим её к лекарю.

Дадут лекарства. Пару дней отдыха. И всё будет хорошо.

Должно быть хорошо.

Но после разговора сначала с императорским лекарем, а потом и с моим собственным стало окончательно ясно, что всё далеко не так хорошо, как я пытался себя убедить.

Особенно мне не нравилось одно. Фэнфан до сих пор не приходила в себя. И, судя по лицам лекарей, именно это беспокоило их больше всего.

Лихорадку они ещё могли объяснить. Слабость тоже. Но то, что она уже столько времени находилась без сознания, никому не нравилось.