Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 97 – Дада Смехова

Неприятная догадка мелькнула где-то внутри.

Но я тут же её отбросил.

Нет.

Не может быть.

Наверняка очередная её выходка. В конце концов, это же Фэнфан. С ней никогда нельзя быть уверенным наверняка.

— Что ты творишь?

Когда она уже успокоится? Она лишь слабо улыбнулась и неожиданно ещё сильнее расслабилась в моих руках.

Пришлось придержать её за спину и усадить к себе на колени.

Не в лужу же её было сажать. Хотя… Я задумчиво посмотрел на ближайшую лужу. А ведь неплохая идея.

Стоп.

Я замер.

А это ведь действительно может сработать.

Принцесса Лян приходит во двор императора искать четвёртого принца.

Находит его стоящим на коленях под дождём.

Переживает.

Волнуется.

Теряет сознание прямо у него на руках.

Я едва удержался, чтобы не усмехнуться.

Ха.

Да это даже лучше, чем можно было придумать специально. И самое главное — никто не сможет обвинить нас в обмане. Потому что всё произошло само собой.

От волнения.

От слабости.

От переживаний.

Очень красивая история.

Я посмотрел на Фэнфан внимательнее.

Выглядела она, правда, слишком жалко. Слишком беззащитно. Совершенно не похоже на себя.

Да и не нужно было таких жертв. Достаточно уже того, что она пришла сюда.

Принцесса Лян… Ты в очередной раз меня удивляешь.

Но восхищение быстро прошло. Потому что следом пришло понимание. Зачем она это делает.

Вот же лисица. Она опять меня переиграла. Опять добивается своего. Опять получает эту свадьбу.

Как же всё-таки коварно она умеет добиваться желаемого. И почему-то именно это раздражало сильнее всего.

— Ты переигрываешь.

Даже меня самого передёрнуло от количества яда в собственном голосе.

Впрочем, раздражение быстро улеглось. Всё равно теперь уже никуда не денешься.

Не сбежишь.

— Правда? И в чём же?

Она приоткрыла глаза. Ну конечно, так я и знал, никакого обморока, очередное представление.

— Слишком много драмы.

Она посмотрела на меня. И по её взгляду я сразу понял — она всё прекрасно поняла. Её спектакль раскрыт.

— Ну до вас мне далеко… Этот дождь…

Голос звучал тихо, но совершенно серьёзно.

— Страдание в каждом вздохе… в каждом взгляде, обращённом к этой бедной, нежной и беззащитной принцессе…

Я невольно хмыкнул. И ведь даже не отрицает. Любой другой человек начал бы оправдываться. Она же сразу включилась в игру.

— Столько чувств… столько любви… такая самоотверженность…

— Замолчи уже.

Но злости почти не осталось.

Наоборот. Было странное чувство, будто только мы вдвоём понимаем происходящее. Будто существует какая-то игра, правила которой известны лишь нам. И каким-то образом она всегда знает, что сказать дальше.

Где поддеть.

Где поддержать.

Где перевести всё в шутку.

Это редкое ощущение неожиданного партнёрства хотелось продлить….ещё…немного.

— Продолжай изображать смертельно больную, — тихо сказал я и крепче прижал её к себе. — И желательно в бреду. Тогда хотя бы будет на что списать твоё поведение.

Мне нравилась эта лёгкость между нами. Нравилось, что рядом с ней не нужно подбирать слова. Не нужно думать о статусе. Не нужно помнить о правилах.

И почему-то я был уверен, что она поймёт меня правильно.

— Как прикажете, — тут же согласилась она.

Я внутренне усмехнулся. Конечно согласится.

— Это я умею.

Ещё бы. По моим наблюдениям, именно этим она и занимается большую часть времени.