Книга Узы Геркулеса, страница 102 – Жасмин Мас

Я сглотнула.

— Э-м-м, д-да.

— Ты готова… принять нас обоих? – Щетина Августа уколола мне щеку.

Я утонула в его объемном теле, а Харон смотрел на меня голодными глазами.

— Да, – выдохнула я, чувствуя, как в лоне разгорается жар.

Август глубоко вдохнул.

— Хорошая девочка, – прорычал он мне на ухо.

Он сжал меня до боли, и я вздрогнула. Мой взгляд застыл на рубце, оставшемся на месте уха Харона.

Запутанный клубок эмоций бурлил во мне. Прежде чем я успела их опознать, Харон отступил еще дальше, и Август меня отпустил.

— Ты не готова, – жестоко заключил Харон, и его лицо превратилось в скелет.

Август нахмурился, из его глаз струилась кровь.

— Ты никогда не справишься с нами двумя.

Харон сложил пальцы на манер пистолета и прицелился мне в лицо.

Спустил курок.

Острая боль пронзила мне череп.

Я села на постели, схватившись за лоб. Сон постепенно отступал.

Адская боль, разрывавшая мой череп, исчезла без следа, обернувшись блаженным покоем.

Это был просто сон.

Кошмар.

Утренние лучи пригревали лицо. Я снова рухнула на постель Елены, украшенную оборками.

Пушистик-младший стоял рядом с кроватью. Наши взгляды встретились. Он подпрыгнул и ткнулся своими огромными лапами (копытами?) мне в живот.

Я закашлялась, чудом пережив приступ обожания (жестокое покушение) своего покровителя.

Силясь вдохнуть, я повернула голову и увидела свежесрезанную розу.

Я осторожно провела пальцами по шипам.

Он приходит к тебе по ночам. Ты знаешь, что это не мрачный жнец. Это твой…

Я покачала головой, не желая об этом думать.

Моя жизнь перешла в стадию, когда хуже быть уже просто не могло.

Тук. Тук.

— Через несколько минут мы должны выйти на Бойню Дебютантов, – крикнул Дрекс из коридора. – Все позавтракали и ждут тебя в атриуме.

Я ошиблась, хуже есть куда.

— Заткнись к чертовой матери и убейся! – зашипела на Дрекса Никс из-под одеяла. – Я сплю.

Вот уж кто точно не жаворонок.

Меня посетила ужасная мысль.

— Патро и Ахиллес были за столом? – с нарастающей тревогой спросила я.

— Да, – ответил Дрекс.

— Они были… прикованы к стульям?

— Э-э-э… нет. Постой, а должны были? Алексис, чем ты занимаешься в свободное время?

— Ничем.

Он недоверчиво хмыкнул.

Игнорируя исходящие от Дрекса волны осуждения, я поставила новую розу в вазу, решив, что отныне начну их собирать.

Пока я торопливо собиралась, Пушистик-младший бегал кругами, виляя хвостом. Его жизнерадостность казалось милой и в то же время очень раздражающей.

— Уймись, – ткнула в него пальцем я. – Мы все умрем.

Пушистик-младший подпрыгнул и с энтузиазмом лягнул воздух задними лапами.

Я попыталась.

Одевшись в наряд, который для меня оставила Елена, я обернула Никс вокруг шеи.

— Осторожно, – прошипела она. – Бриллианты холодные.

Я подошла к зеркалу.

— О чем ты говоришь? Какие еще?..

Я открыла рот от удивления.

Мою шею обвивало напоминавшее чокер ожерелье из сверкающих голубых бриллиантов.

О.

Боже.

Мой.

— Харон? – прошептала я и с нарастающим ужасом погладила драгоценные камни, завороженная их блеском. Тяжело вздохнув, я поискала застежку. – Я не могу идти так.

— Почему? – спросила Никс, скользя по моей руке.

— Потому что это уже слишком, и я…

— Не ты ли вчера согласилась дать Харону шанс? – перебила меня Никс.

— Ну… я его не убила?

— Именно, – прошипела Никс. – Прими красивое украшение и скажи спасибо. Не будь грубой.