Книга Искатель, 2010 №4, страница 71 – Василий Щепетнев, Виталий Забирко, Владимир Соколов, и др.

Закопавшись в стоге сена, который в поле рядом с деревней сметал летом Ерохин, Икс поглядывал на дорогу, борясь с дремотой. Начинало светать, обозначились хвойные пики ближнего леса. Туман поднимался все выше над землей.

Ожидание на перекрестке Игреку наскучило, и теперь, посматривая по сторонам, он медленно двигался на «Жигулях» по дорогам, залитым жидким туманным холодцом... И вдруг в разрывах между его ошметками фары разглядели контур мотоцикла. «Франкенштейн» стоял в кустах. Игрек вылез из машины, осторожно осмотрел находку, вернулся к дороге и прошел по ней дальше — пока не наткнулся на покосившийся знак «Романово». С чувством облегчения он снял с пояса рацию, чтобы связаться с Иксом.

Они пробежали больше трех километров, продираясь сквозь кусты, прыгая через бурелом, спотыкаясь о кочки на луговине. Еремеев не давал Ерохину приблизиться, палил из обреза, и Ерохину оставалось только одно — загнать свою бешеную дичь. Он кричал ей в спину:

— Еремеев! Все кончилось! Еремеев, сдавайся!

Они сорвали со старой вырубки стаю кабанов, ковырявших землю, и какое-то время неслись параллельно с ними, пугая всю прочую живность, не привыкшую к таким ночным переполохам. И вот Еремеев, сбившись с лесной дороги, забрал круто влево и по колено увяз в топи. Он задергался, чтобы выбраться, но еще глубже ушел в вязкую жижу, задохнулся от бега и борьбы с болотом, затих... и услышал недалеко за спиной спокойный голос Ерохина:

— Сдавайся, Еремеев, утонешь.

Еремеев выстрелил с разворота, но Ерохин успел укрыться за деревом.

— Хорошо, мент! На, возьми меня! Где ты там?!

Ерохин выглянул и увидел, что Еремеев упер себе в подбородок ствол обреза. Он улыбнулся Ерохину и нажал на спусковой крючок. За его головой брызнул фонтан крови, Еремеев упал и медленно, пуская красные пузыри, затонул.

Ерохин поморщился от досады, присел на поваленную сосну, отдышался. Потом устало поднялся, огляделся, сломал елочку-сухостой, отметил ею место происшествия, поправил на себе одежду и ушел.

Икс и Игрек топтались в лесу неподалеку от мотоцикла, поеживались от холода. Свои «Жигули» они тоже укрыли чуть в стороне от дороги. То и дело посматривали на небо — скоро совсем рассветет. Бессонная ночь на сыром воздухе измучила Икса.

— Еще полчаса — и все, уезжаем.

Игрек чувствовал себя лучше — он в машине и погрелся, и горячего чая попил.

— Может, у него здесь, в этом Романово, любовница, а? Чего он тут мотоцикл спрятал? Значит, хотел остаться незамеченным, когда приехал... И выбираться отсюда, значит, он тоже будет тайком... и наверняка очень скоро, пока темновато.

Икс только досадливо скосился на партнера:

— Еще полчаса...

Ерохин наконец выбрался из леса, вышел на просеку возле Романово, где его ожидал мотоцикл. Икс и Игрек заметили капитана с расстояния в полсотни метров — голова Ерохина вынырнула из тумана и теперь подплывала все ближе и ближе. Икс напряг глаза, протер их, желая избавиться от пелены.

— Это он?

— Он.

И они направились навстречу Ерохину. Едва тот заметил их, невольно потянулся к пистолету, остановился. Напряжение резко возросло. Игрек сделал шаг вперед, улыбнулся. Ерохин узнал Игрека, тоже улыбнулся. Они подошли друг к другу, обнялись. Ерохин перевел взгляд на Икса, и Игрек поспешил с объяснением: