Книга Искатель, 2010 №4, страница 77 – Василий Щепетнев, Виталий Забирко, Владимир Соколов, и др.

Судя по тону, сейчас он не врал. Я пожал плечами. Никогда не интересовался рыболовными снастями. У меня другие интересы.

— Э-э... — протянул Иванофф. — А еще говорят, что остров стоит на сто восьмидесятом меридиане.

— Не на, а у сто восьмидесятого меридиана.

— Да? — оживился Иванофф. — А где он проходит?

— Вдоль кромки берега, — махнул я рукой в сторону обрыва. — На суше уже сегодня, а в океане еще вчера.

— Ух ты! Надо же... Вот, значит, где находится Начало Начал!

— Что? — не понял я.

— Ну... Если здесь меридиан, на котором происходит смена дат, а остров — осколок Пангеи, тогда отсюда начиналась история Земли! Образно говоря — сотворение мира...

Его восторженность меня нисколько не затронула. Если для кого-то остров у Начала Начал был покрыт романтическим флером, то я ничего другого, кроме будничной рутины, здесь не видел.

Иванофф посмотрел налево, направо. Поместье располагалось на восточном мысе, выдававшемся в океан, и сто восьмидесятый меридиан проходил вдоль берега только у виллы, а дальше — что на север, что на юг — пролегал по воде.

— Я прибыл сюда половить рыбу.

— Это я уже понял.

— А вы не позволите...

— Не позволю, — жестко оборвал я. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о желании рыболова-любителя. Хотелось ему половить рыбу, сидя на берегу в сегодня и забрасывая удочку во вчера, а это можно сделать только с территории поместья. У любого человека есть бзик. У Иваноффа бзик был именно таким, и, мало того, российский реэмигрант имел возможность потакать своим капризам. Другое дело, что я не собирался споспешествовать. — Здесь частное владение. Да и высота берега изрядная — более сорока метров. Отправляйтесь на западное побережье, там можно найти площадку около десяти метров над уровнем моря.

— Для моей удочки чем выше берег, тем лучше... — осторожно начал Иванофф, но, наткнувшись на мой неуступчивый взгляд, запнулся и второй раз попросить не отважился. Снова посмотрел вдоль берега.

— А оттуда половить можно? — кивнул он на небольшой мыс в двухстах метрах южнее виллы. В принципе, и оттуда можно забросить удочку из сегодня во вчера. Бросать, правда, надо не себе под ноги, а подальше.

— Та земля не является моей собственностью, — сумрачно пробурчал я. Будь моя воля, не только бы на мыс его не пустил, а и с острова выгнал. Но что я мог поделать — опять скандалить с департаментом заморских земель? Себе дороже может оказаться. С государством судиться бесполезно — в любых имущественных спорах оно, как правило, оказывается в выигрыше.

— Значит, можно?

Я не ответил. Хотел отвернуться и продолжить подстригать живую изгородь, но земля под ногами дрогнула.

— Это что? — насторожился Иванофф.

— Остров находится на краю древнейшей геологической плиты у тектонического разлома. Мелкие подвижки здесь не редкость, — сказал я, отвернулся, опустил на глаза защитные очки и включил садовые ножницы. На самом деле далеко-далеко на Камчатке проснулся вулкан, но объяснять, каким образом мне стало об этом известно и, главное, почему началось извержение, я не собирался. Выглядеть в глазах Иваноффа чудаком я был не против, но не идиотом. Вулканы — как чирьи на заднице. Когда прорывают — одни неприятности.

Иванофф растерянно потоптался, а когда до него дошло, что аудиенция окончена, пробормотал «до свиданья», сел на электрокар и уехал. Не понравился ему мой прием. А чего он хотел — хлеба-соли по русскому обычаю? Мне тоже многое не нравится, но более всего — присутствие на острове посторонних лиц.