Онлайн книга «Искатель, 2010 №3»
|
— Кто? — спросил вождь, рывком садясь в кровати. — Это Лузина, повелитель, твой верный раб и помощник, — раздался глухой голос из коридора. — Дозволь смиренному служителю Инанны войти в твои покои. — Входи. Дверь осторожно приоткрылась, и в комнату, почтительно согнувшись, вступил невысокий пожилой человечек в добротной льняной юбке, расшитой львами и скорпионами. Грудь его была скрыта под роскошной черной бородой, тщательно выбритый череп и верхняя губа лоснились от пота. Ладони он держал прижатыми к кругленькому животу, как бы извиняясь за причиняемое беспокойство. Чуть улыбаясь, человек произнес: — Твоим скромным помощникам, о повелитель, стало известно распоряжение, которое ты отдал, повинуясь гласу богов. Не смея усомниться в мудрости решений, которые ниспосылает тебе наша владычица Инанна, я все же отважился потревожить тебя, дабы испросить неотложного совета. — Лузина помолчал, вопросительно глядя на Гильгамеша. Тот не шелохнулся. — Прикажешь ли кормить старейшин как гостей или как твоих пленников? — закончил человек. — Корми как пленников, — усмехнулся вождь. — Не надо быть расточительным. — Твое слово — закон, господин, ибо оно исходит от Думузи[12], божественного супруга несравненной Инанны. Но позволено ли будет ничтожному червю высказать свои соображения? — Говори, — устало ответил Гильгамеш. Мелко семеня ножками, Лузина приблизился к вождю и зашептал: — Да не сочтешь ты мои слова за преступную дерзость, о достойнейший сын непобедимого Лугальбанды, но не разумнее ли обойтись с плененными тобой старейшинами как с почетными гостями? Этим ты выкажешь им честь и проявишь свое великодушие. Ведь они сейчас как испуганные мыши — обреченно ждут появления голодного кота. Но кот один, а мышей много, и они не всегда будут под надзором. Скоро они разбегутся по своим норам и станут думать о мести. Как могут мыши отомстить коту? Только приведя другого кота, более крупного. Слабость глупа и коварна, ибо не гнушается средствами и готова погубить себя, лишь бы ощутить на миг свою призрачную силу. Обрести толпу злобствующих врагов легче, чем найти верного друга. И если хотя бы один старейшина одумается в своем ослеплении и станет тебе прочной опорой, кто попрекнет тебя в непозволительной мягкости к недругам?.. — Хватит! — выкрикнул Гильгамеш, вскакивая на ноги. — Ни слова больше, Лузина, если не желаешь оказаться на их месте. Ты, мелкий навозный жук, явился сюда, чтобы отвести руку возмездия от грязных предателей! Клянусь Нинуртой[13], сегодня же вечером я лично перережу им глотки. А те, кого я оставлю в живых, будут сидеть на колодезной воде и лепешках из дрянного ячменя, пока голод не заставит их образумиться. Но если и после этого они будут упорствовать, то пусть Деметум, демон злого проклятия, заберет их гнилые душонки. До последней травинки, до последнего семени я выполю эту поросль Забабы. Не в силах сдерживать ярость, вождь заметался по комнате, переворачивая тростниковые корзины, опрокидывая фаянсовые горшки и светильники. Зашуршали, срываясь со стен, леопардовые шкуры, затрещали разрываемые циновки. Оробевший Лузина попятился к двери. Гильгамеш подскочил к нему, схватил за бороду и со всего размаху ударил кулаком по лицу. Старик охнул и упал на пол, закрыв голову ладонями. Гильгамеш продолжал избивать его, выкрикивая грязные ругательства. В комнату вбежали два воина. Увидев скорчившееся на полу тело, они остолбенело застыли на пороге. |