Книга По следу Розы, страница 74 – Энн Кин

* * *

— Почему ты стал законником? – спросила Роза и бросила на блюдце кожуру от лайма. Да что с ее вкусовыми рецепторами? Соль ложками готова есть, лайм целиком сжевала.

Рику и прежде не раз задавали этот вопрос, но тогда ответ был проще. Потому что он считал это правильным решением, потому что хотел защищать и помогать, потому что его мозги и физическая подготовка позволяли приносить пользу обществу и ловить преступников. Скорее всего, если бы не Перес, Рик бы так и остался копом, дослужился бы до детектива и брал бы дела покрупнее, чем мелкие хулиганы, проститутки и вооруженные ограбления. Скорее всего, даже работа детектива и расследование каких-нибудь заковыристых убийств наскучили бы Рику. Сколько бы интересных дел, заставляющих шевелить мозгами, ему попадались? А сколько из них были бы простыми и линейными по избитому сюжету? Сколько из них завершались бы хорошо? Сколько преступников несли бы наказание, равноценное их проступку? А сколько выходили бы из здания суда свободными, потому что такие адвокаты, как отец Рика, виртуозно жонглировали фактами?

А возможно, если бы не Перес, Рик бы уже был одним из солдат Обсидиана, вместе с сержантом Белтраном. Потому что Рика на хрен выперли бы из полиции после того скандала.

Нет, это тоже вряд ли. Он не смог бы стать солдатом, который не задает вопросов и строго следует приказам. Рик всегда нуждался в задачках с усложнениями, ему слишком быстро становилось скучно. ФБР давало ему эти усложнения, в которых десять неизвестных равняется бесконечному количеству проблем. И Роза. Роза – его проблема номер один. Его задачка с таким уровнем сложности, что порой кажется, будто проще вышибить себе мозги, чем найти решение.

— Хотел помогать людям, – в итоге сказал Рик, потому что уже слишком затянул с ответом. Роза поморщилась так, как не морщилась от ядреного лайма.

— Есть столько способов помогать людям, а ты выбрал самый… – Она отвернулась к наполовину опустевшему залу. Фоновый шум совсем перестал беспокоить Рика, ее голос, ее забавное урчание после того, как Роза опрокидывала в себя рюмку, ее смех перебивали все остальные звуки. Роза наконец нашла слово и повернулась к нему, щелкнув пальцами. – Самый глупый и рафинированный.

— Рафинированный? – Рик со смешком подался ближе.

— Угу. Ты выбрал путь, за который тебя гарантированно погладят по головке, за который будет стабильная, пусть и паршивенькая зарплата. Тот, который общество как будто бы одобряет, но по факту само тебя опасается.

— В Мексике, может, и опасается, но в Америке…

— Ага, ведь то же BLM не научило людей бояться копов.

— Но не ФБР.

— Какая разница. – Роза махнула рукой на пустой зал. – Коп – он и есть коп, как ни назови. Законник, который служит не обществу, а государству. И знаешь, в чем проблема таких законников, как ты?

— И в чем же? – Рик скрестил руки. Ему не нравилось, к чему идет разговор и что лицо Розы становится серьезнее.

— Когда все становится действительно плохо, вы разводите руками и говорите, что ничего не можете сделать, не можете вмешаться. Или вам затыкают рты пачкой денег. Или вы так ссытесь за свои шкуры, что отводите глаза добровольно. И тогда приходит время замараться таким, как я. Потому что плевать мне на закон, который позволяет творить то, что происходит у меня дома. Потому что закон защищает только тех, кто без страха его сам нарушает. И не смотри на меня вот так снисходительно, – она поводила рукой с пустой рюмкой, зажатой между указательным и средним пальцами, – ты знаешь, о чем я говорю. И такая хрень не только здесь, в Америке ее не меньше. В Англии. Во Франции. В Германии. Сука, везде. Но почему-то плохими все равно оказываются такие, как я.