Книга Генеральный папа, страница 100 – Алёна Амурская, Ника Лето

Эти её жалкие попытки выставить себя белой и пушистой вызывают отвращение. Как-то этот образ не вяжется с беспомощной маленькой дочкой, покинутой ею на вокзале в полном одиночестве.

— Но вы сами бросили Юлю, — презрительно напоминаю я. — Оставили пятилетнего ребенка на скамейке и просто ушли! Как у вас вообще язык поворачивается оправдывать себя после такого?

— А что мне оставалось делать?! — горестно вздыхает Ольга, ничуть не пристыженная моими словами. — У меня жизнь рушилась! Тот мужик, с которым я жила, выставил меня нищей на улицу, а Зарубин со своими миллионами не дал мне ни копейки! Я знала, что если принесу ребёнка к дверям его офиса, меня даже на порог не пустят. А на вокзале… между прочим, я специально засунула в рюкзачок доченьки его личную визитку и тест ДНК, так что была уверена, что полиция сразу выйдет на него и ничего страшного с моей деткой не случится. Максим слишком горд, чтобы позволить своей плоти и крови гнить в приюте. Это именно я дала своей дочери шанс на сытую жизнь, понимаешь ты, дура?! Я пожертвовала собой ради неё!

— Пожертвовали... — у меня вырывается горький смешок. — Да вы сломали ребёнку психику, вы в курсе? Она до сих пор боится каждого шороха и засыпает, только если держит меня за руку!

— Зато она живет в пентхаусе и ест фермерские йогурты, — цинично отрезает Ольга, моментально вернув себе маску холодного безразличия. — Но давай лучше вернёмся к тебе, Анечка. Ты правда веришь, что этот миллиардер из списка богатеньких женихов всея планеты вдруг взял и влюбился в серую мышку вроде тебя? Просто так, за твои красивые наивные глазки?

Я напряженно молчу, не зная как ответить, потому что удар приходится по моим самым потаенным страхам, которые я так тщательно прятала всю эту неделю между горячими поцелуями и нежными объятиями Зарубина.

— Посмотри на себя, — воодушевленно продолжает Ольга, явно почувствовав, что выбила меня из колеи. — Ты для него всего лишь бесплатный инкубатор-нянька, да ещё и юридически привязанный. Удобная прислуга с функциями жены, которая закрыла собой его главную проблему. Максим купил тебя, как товар, Аня, просто чтобы самому с дочерью не возиться. Но подумай своей головой хорошенько! Как только Юля сможет обходиться без тебя, что произойдет?.. Правильно! Твой контракт на год закончится. Он аннулирует твой пропуск, выплатит тебе отступные и выставит за дверь с твоим старым чемоданом. Ты для него лишь временный вариант, пойми...

Выдохнувшись от этого пламенного монолога, она наконец умолкает и пристально вглядывается в моё бледное лицо.

Я ведь отлично понимаю, что эта ухоженная змея исходит ядом не из жалости и пришла сеять раздор, преследуя какую-то свою грязную цель... но впрыснутый яд всё равно мгновенно проникает под кожу. Ольга бьёт по самым слабым местам моей самооценки, а против этой заразы у меня нет иммунитета.

Перед глазами как наяву всплывает первый день на сороковом этаже. Мощный силуэт Зарубина у окна, и его жёсткий голос, который чеканил: «Я покупаю твое время и эмпатию. Я покупаю щит для своей дочери и плачу за это более чем щедро. Подписывайте, Анна».

Чистый бизнес. Ничего личного.

И пускай Ольга манипулирует из личной мести, но она лишь озвучила то, что изначально было заложено в наших с Зарубиным отношениях. Как я, обычная серая мышка, чья стихия — скрепки и туалетная бумага, могла вообще вообразить, что такой мужчина действительно разглядел во мне женщину, а не просто полезную функцию?