Книга Генеральный папа, страница 109 – Алёна Амурская, Ника Лето

Я шумно выдыхаю, расслабляя немного пальцы. Будто мешок цемента с плеч свалился. Хотя это ведь ещё не говорит о том, что я буду присутствовать тоже в жизни Юли. Стоп. Зарубин сказал… «наша»?

— А что касается нас с тобой, — он притягивает меня сильнее к себе и проводит рукой по моей мокрой щеке. Даже не заметила, как снова начала плакать. — Ты не функция, Аня. Ты — моя жена. Моя. И я не собираюсь тебя никуда вышвыривать.

— Но…

— Ты думаешь, я просто так женился на тебе? — он строго смотрит мне в глаза. — Думаешь, мне нужна была просто нянька? Я мог нанять сотню нянек. Но я хотел тебя. Только тебя.

— Но контракт… — пищу я шокированно.

— К чёрту контракт, — рычит он и собственнически сжимает мою талию. — Если хочешь, я сожгу его прямо сейчас. Мне плевать на эти строчки, потому что то, что между нами происходит — это настоящее. Никакой это на хрен не фиктивный брак. Аня, ты — моя жена. Ты — мама моей дочери. И…

— И?

— И я люблю тебя, Аня, — признаётся он, а моё сердце пропускает удар. — Я люблю тебя с той секунды, как ты заляпала мне брюки на кухне. Или, может, раньше. Не знаю, когда именно это произошло, но это неопровержимый факт.

— Максим…

Я чувствую, как внутри меня всё переворачивается от его слов. Лёд, который сковал меня после слов Ольги, мгновенно плавится. И всё наконец-то становится на свои места.

Вся его защита, опека — это не просто защита своей собственности, это защита его любимой семьи. Меня и Юленьки. Мы стали неотъемлемой частью его жизни. Мы вписались в его холостяцкий мир, и теперь он готов разорвать любого, кто косо на нас посмотрит.

И всё потому, что мы нужны ему. Потому что мы — новая реальность его жизни. Его любимые девочки. Действительно так. И он только что впервые озвучил это вслух. И теперь я чувствую себя такой идиоткой. Поверила женщине, которая своего ребёнка оставила на вокзале. Боже…

Ну как же так?

— Максим… я тоже люблю тебя, — слетает с моих губ, и вместе со словами уходит последнее сопротивление. — Я просто боялась, что это… ненастоящее.

— Всё настоящее, — он проводит пальцами по моей щеке, убирая слёзы. — Сейчас я тебе докажу.

Его губы снова накрывают мои.

В этот раз я отвечаю на поцелуй со всей своей страстью и любовью. Вцепляюсь в его плечи, прижимаюсь к нему всем телом, чувствую, как его пальцы забираются под мою юбку, оглаживая бедро. Документы летят на пол, но нам плевать. Плевать на всё.

— Я хочу тебя, — шепчет он мне в губы. — Я всегда хочу тебя.

— Я тоже, — выдыхаю я.

Он одним махом стягивает мои кружевные трусики, а потом замедляется. Аккуратно расстёгивает мою блузку, покрывая кожу своими горячими сладостными поцелуями, словно желает запечатлеть этот момент в своей памяти.

Я же тянусь к нему, к его пуговицам. Расстёгиваю, чтобы добраться до него. Нетерпеливо касаюсь пальцами его горячей кожи, бегу по мышцам пресса, наслаждаясь его прекрасной спортивной формой.

Моя блузка летит на пол, следом и его рубашка. Максим накрывает мою грудь губами, ладонями, целует и ласкает, заставляя меня выгибаться ему навстречу и просить продолжения.

И он больше не сдерживается. Страсть поглощает нас полностью. Мы перестаём думать о том, где мы и что вообще-то это рабочее пространство. Мы просто хотим быть рядом, нам нужно сбросить всё напряжение и закрепить произнесённые слова.