Онлайн книга «Разбуди меня в Сеуле»
|
Когда мы вернулись домой, отец, не сказав мне ни слова, сделал себе на кухне чай и до вечера закрылся в спальне. В доме стало совсем тихо. Я представила себе, что так теперь будет всегда, и у меня заболела голова. Захотелось биться ей об стену, пока кто-нибудь не услышит, не придет и не спасет меня. Но разве я хоть кому-нибудь нужна? Просидев полдня в своей комнате, к вечеру я все-таки выползла на кухню. Мне захотелось есть. Теперь приходилось готовить самой. Я поставила кастрюлю с водой на плиту и вынула из шкафа макароны. Услышала шаги и обернулась. Отец, шаркая тапочками по полу, подошел к холодильнику. Не обращая на меня внимания, достал батон и масло и, усевшись за стол, принялся намазывать себе бутерброд. Я выждала пару минут и все-таки окликнула его. — Пап, макароны будешь? — Нет, – сразу ответил отец, по-прежнему не глядя на меня. — Как хочешь, я все равно себе варю… Он с удивлением взглянул на меня, как будто я сказала какую-то глупость. — Вари. Завтра, кстати, напомню, среда. Не забудь, что у тебя занятия по сольфеджио. И уроки не смей пропускать – я уже кучу денег на твою мажорскую школу спустил! Меня как будто током дернуло. «Только что умерла мама, а он – про сольфеджио и школу?!» — Мы вот так и собираемся теперь общаться до конца жизни? Я еле сдержалась, чтобы не заорать. Теперь мне хотелось бить головой о стену его. — Ты просто глупая еще. – Отец отхлебнул чай и откусил бутерброд. – И не понимаешь, что жизнь такая и есть. Все ждешь каких-то чудес, плакатики на стене рассматриваешь. Пора повзрослеть! Его голос стал скучным и глухим, как будто со мной разговаривал чужой, далекий человек. — Хватит! – На этот раз я действительно закричала, и мне самой стало страшно. Больше не было мамы, чтобы прикрывать меня. — Дура! Мать твоя всю жизнь только и делала, что сводила меня с ума! – завизжал он, покрываясь пятнами. – Из-за нее я остался пустым местом, а теперь ты меня доканываешь! Заткнись и вали в свою комнату! Нервы мои сбойнули. Я схватила со стола открытую пачку макарон и со всей силы швырнула ее на пол. Потом кинулась в свою комнату и хлопнула дверью. Меня долго била дрожь, потом я понемногу успокоилась. Набрала на телефоне Венеркин номер. Как хорошо, что она ответила сразу. Когда я услышала ее голос, к горлу снова подступили рыдания. Венерка заговорила тихо, будто прикрывая рот рукой: — Погоди, я зайду в комнату, а то мама тебя услышит, начнет у меня все выспрашивать… Я услышала шуршание и звук хлопнувшей двери. — Венерка, я не знаю, что делать… Мамы больше нет, а с отцом я никак не смогу жить… Понимаешь, это вообще невозможно! Вместо того чтобы хоть как-то меня успокоить, подруга надолго замолчала. Потом ответила серьезным голосом, так, будто ей сорок лет и она все знает про жизнь: — Ты успокойся. Я понимаю, твой отец тяжелый человек… но у тебя какие есть варианты? Придется как-то уживаться. Ты подумай, как лучше с ним общаться… чтобы было не так невыносимо… Венеркины слова меня поцарапали. И до этого все болело, а теперь как будто вообще пошла кровь. Почему я должна подстраиваться под отца?! Почему надо уживаться с человеком, рядом с которым так плохо?! Я поняла, что больше ничего от подруги не добьюсь. Уживаться, притираться, терпеть и хитрить – это был Венеркин способ борьбы с трудностями, который мне совсем не подходил. С ее заботливой татарской семьей Венерка и представить себе не в состоянии, что родитель может не желать своему ребенку добра. |