Книга Нулевой токсин, страница 31 – Мария Эмви

Утром Элизабет открыла свой рабочий планшет и обнаружила, что напротив трех из пяти процедур пациента из палаты номер семь появилась небольшая красная пометка: «Контролирующий супервизор: К. Вейн». Это был классический метод «Апейрона». Здесь за сотрудниками, позволившими себе какую-то вольность, не вписывающуюся в устав центра, начинали наблюдать с такой интенсивностью, что человек со временем ломался сам. Элизабет поняла, что ее микроскопическая трещина в броне незамедлительно привлекла к себе внимание. И теперь ей предстояло доказать системе, что она все еще безупречна.

Куратор Коваль потратила десять минут, чтобы затянуть волосы в самый тугой пучок, на который была способна. Она смотрела в зеркало и повторяла про себя, как заклинание: «Никаких излишних разговоров. Никаких отклонений от устава. Ты — куратор, работающий с пациентами. Все остальное — токсин». В десять тридцать утра она шла по коридору к малому Атриуму, где должна была состояться обязательная еженедельная групповая сессия. Доктор Вейн словно из ниоткуда материализовался рядом с ней.

— Надеюсь, вы подготовили свои графики, Элизабет, — произнес старший физиолог, не глядя на нее. Его руки были заложены за спину, а походка излучала хозяйскую уверенность. — Групповая терапия — это тонкий процесс. Нам важно показать новым пациентам, каких результатов добились те, кто уже прошел экватор курса «Нулевой токсин».

— Все данные синхронизированы с главным экраном зала, доктор Вейн, — сухо отчеканила Элизабет. Ее браслет ровно светился зеленым, девушка потратила половину ночи на дыхательные практики, чтобы снизить свой базовый кортизол до минимума.

— Замечательно. И, да, Элизабет… — Вейн чуть замедлил шаг перед прозрачными дверями Атриума и скосил на нее глаза. — Постарайтесь сегодня не переутомляться. Вы выглядите слишком… бледной. Клинике нужны стабильные кураторы.

— Я в полном порядке, — куратор Коваль выдержала его взгляд, даже не моргнув. — Спасибо за заботу.

Они вошли в зал. Малый Атриум был спроектирован так, чтобы вызывать чувство абсолютного покоя. Кресла-реклайнеры из белой эко-кожи были расставлены идеальным кругом, в центре находился небольшой био-камин, в котором горело синтетическое пламя, не выделяющее тепла, но создающее гипнотический визуальный эффект.

Пятеро VIP-пациентов уже заняли свои места. Среди них был Маркус Гейл, тот самый логистический магнат, который теперь спал по восемь часов и пил смузи из сельдерея, лица еще троих Элизабет видела в финансовых сводках. Пятым был Залман. Он сидел в кресле, но не откинувшись на спинку, как остальные, а с идеально прямой осанкой. Его руки покоились на подлокотниках, пальцы были переплетены в сложный геометрический замок. Мужчина смотрел на искусственный огонь в камине с явным скепсисом.

Когда Элизабет вошла, он поднял глаза и их взгляды встретились на долю секунды. Девушка почувствовала, как внутри все предательски сжалось, вспоминая вчерашнюю ледяную воду в купели и его горячие руки. Но она мгновенно отвела взгляд, сделав лицо непроницаемым. Элизабет прошла мимо него, обдав холодом, и села на стул рядом с доктором Вейном, открыв свой планшет. Залман едва заметно нахмурился, считав ее реакцию. Закрытая поза, избегание зрительного контакта, учащенное моргание… Он перевел взгляд на Вейна, сидящего рядом с куратором, и его глаза потемнели.