Книга Рабыня Шейха. Заключенная в золото, страница 64 – Ульяна Соболева

— Спасибо за предупреждение, — прошептала я, чувствуя, как холод охватывает мое тело. Амаль встала, кивнула и медленно вышла из комнаты, оставив меня одну с моими мыслями.

* * *

Прошло несколько дней. Я пыталась оставаться в тени, избегать Лейлу и её клевреток. Но их взгляды сверлили меня, как горячие иглы. Казалось, они следили за каждым моим шагом, надеясь увидеть, как я оступлюсь. Малика, которая несколько дней назад вернулась в гарем постоянно бросала едкие замечания (Амаль была права ничего не изменилось, за мое заступничество меня возненавидели еще сильнее ведь оно давало мне превосходство), а Лейла... Она смотрела на меня с презрением, но молчала. Это было самое страшное. Я понимала, что её молчание — это тишина перед бурей.

Вечером в нашу комнату вошли двое слуг с красивой большой коробкой. Они поставили коробку на пол и, поклонившись именно мне, ушли, не сказав ни слова. Оставив меня одну перед этим странным подарком.

Мои руки дрожали, когда я открыла его. Внутри было платье. Роскошное, вечернее платье. Из черного бархата. Настоящее произведение искусства. Я не могла поверить своим глазам. Рядом лежали дорогие украшения — браслеты, серьги, ожерелье, усеянные бриллиантами. Я была потрясена. Всё это выглядело как из сна. Но вместе с этим подарком пришел страх. Страх, который заполнил всё мое существо. Ведь я знала, кто прислал мне это.

Шейх.

Я взяла в руки платье, его ткань была лёгкой, но одновременно холодной, как лёд. Я услышала за спиной шепот. Повернувшись, я увидела женщин гарема, которые стояли у дверей и наблюдали за мной с завистью и злостью.

— Вот оно как, — шепнула одна из них. — Теперь она его любимица?

— Он выбрал ее, — прошипела другая. — Дождемся, когда Лейла об этом узнает.

Сердце застучало ещё быстрее. Лейла... Она точно не оставит это просто так. Я стояла в комнате, сжимая в руках платье, и пыталась осознать, что именно этот подарок означает. На душе было неспокойно. Это было не простое проявление щедрости — шейх никогда ничего не делал просто так. Каждое его действие, каждое слово несло в себе скрытый смысл. А этот жест был чем-то большим, чем просто презентом.

Я чувствовала взгляды остальных женщин на себе. Их зависть была почти осязаемой, как ядовитая дымка, пропитывающая воздух в комнате. Кто-то из них шептался, кто-то бросал презрительные взгляды. Я не сомневалась, что новости об этом моментально дойдут до Лейлы. А что будет потом? Вопрос оставался без ответа, и это тревожило меня ещё больше.

— Тебе повезло, – сказала одна из женщин, её голос был полон злобы. – Но это ненадолго. Лейла не позволит тебе занять её место.

Я молча сжала платье в руках. Внутри меня нарастала тревога, но снаружи я старалась казаться спокойной, скрывая свои настоящие чувства. Страх становился моим постоянным спутником, как будто на плечах висел тяжёлый груз, который становился всё невыносимее. Вечером того же дня в мою комнату снова пришли слуги и Омар.

— Надень новый наряд и иди со мной! – скомандовал он, осматривая других девушек, которые молчали, но не сводили с меня злобных взглядов.

Я не могла понять, как и почему это происходит, но ощущение надвигающейся беды не отпускало. Я сидела перед зеркалом, и слуги помогали мне облачиться в роскошное платье. Черный бархат переливался играл в свете ламп, на нем бриллианты и золото сверкали так, что казалось я ослепну, все это создавало ощущение, что я несу на себе целый мир роскоши и могущества. Прислуга аккуратно расчесывала мои волосы, вытягивая каждую прядь. Вокруг витал аромат масел, которыми натерли мою кожу. Вся эта подготовка к очередному ужину казалась странным ритуалом, и я не могла избавиться от мысли, что этот ритуал был направлен на подготовку к чему-то большему, чем просто встреча с шейхом. Когда слуги закончили, я взглянула на своё отражение. Женщина в зеркале не была той, которую я знала. Я выглядела как воплощение чужой мечты, женщины из другого мира, созданной, чтобы угождать желаниям правителей. Эта Женя была слишком красивой… и я не могла этого не признать. Тем сильнее меня пугало мое собственное перевоплощение.