Книга Рабыня Шейха. Пепел надежды, страница 49 – Ульяна Соболева

Меня.

Я подняла голову и посмотрела в окно. За ним садилось солнце, окутывая всё кроваво-красным светом. Я смотрела на этот закат и чувствовала, как внутри меня поднимается шторм.

"Он думает, что всё так просто? Думает, что может вернуть мне комнату, вещи, даже служанку, и я забуду обо всём? Забуду о том, что он сделал со мной? О том как приходил ко мне, как брал насильно, грубо, намеренно болезненно"

Я поднялась на ноги, чувствуя, как нарастает ярость. Этот жест… Этот тихий, почти ласковый жест не успокаивал меня. Он только разрывал всё внутри.

"Я не забыла. И никогда не забуду. Его жесты ничего не изменят. Его мягкость… если это можно назвать мягкостью… не исправит того, что он сломал."

Но я знала, что всё только начинается.

Слуги всегда знают больше, чем хотят сказать. Их шёпот — это жизнь дворца. Быстрее ветра, тише воды, но доносится до всех, кто умеет слушать.

Я давно научилась слушать.

Когда тебя загоняют в угол, когда от тебя ждут, что ты сломаешься и умрёшь в этой тени, — тебе остаётся только прислушиваться. К каждому звуку, к каждому слову. Я слушала, потому что это было единственным, что у меня осталось.

И вот я снова слушаю.

На этот раз — слова двух служанок. Они не заметили меня в темноте коридора. Я стояла за колонной, сжимая в руках подол платья, чтобы не выдать своё присутствие.

— Её комнаты закрыты. Велено больше не приближаться. За детьми теперь смотрит Назира. — Думаешь, она вернётся? — Куда там. Её больше нет. Всё. Конец. Господин лично распорядился.

Моя грудь сдавилась. Я задержала дыхание, как будто боялась, что они услышат стук моего сердца. "Её больше нет."

— Что теперь с ней будет? Кто-нибудь знает? — Никто. Говорят, её изгнали из дома. Но куда? Никто не говорит. — Она такая сильная была, а теперь… Не представляю её в таком положении. Королева гарема, а теперь — изгнанница.

Лейла.

Им не нужно было произносить её имя. Я и так знала, о ком идёт речь. Она всегда была, как дух этого дворца, тень, которая окутывает всё. Её голос, её власть, её интриги… Они пропитали эти стены, словно яд. И теперь, как оказалось, всё это исчезло. Я должна была чувствовать радость. И вы знаете? Я ее чувствовала. Триумф. Пока еще не сильный, пока едва дотрагивающийся горячими пальцами до израненного сердца.

Я прижалась к колонне, чувствуя, как моё сердце отбивает быстрый, неровный ритм.

"Её больше нет. Это он сделал."

Шейх.

Он раздавил её. Он вырвал её из этого дворца так же внезапно, как когда-то поднял.

Я снова закрыла глаза и заставила себя дышать ровно. Слуги разошлись, их шёпот утих, но слова всё ещё висели в воздухе, как раскалённые угли. Её власть разрушена. Её покои опечатаны. Её приближённые изгнаны или наказаны. Всё, что она создала, разрушено его рукой.

Почему?

Для чего?

И как надолго?

Я вернулась в свою комнату, но чувства не оставили меня. Головокружение, как от слишком долгой жары. В груди жгло, а внутри всё разрывалось на части.

"Она исчезла. Её нет. Но почему это ничего не значит? Почему я не чувствую облегчения?"

Я знала, что всё это связано со мной. Не может быть иначе. Лейла была как кинжал, нацеленный прямо в мою грудь, пока я не упала со своего пьедестала. Она сделала всё, чтобы уничтожить меня. И теперь она исчезла.

Я провела рукой по своим волосам, стараясь привести мысли в порядок.