Книга Рабыня Шейха. Пепел надежды, страница 86 – Ульяна Соболева

— Ты попала ко мне…Ты со мной ты жалеешь? Отвечай честно!

— Я…не свободна, я ни на что не имею права. В моей стране у женщин другие условия жизни. Да… я встретила тебя. Но ведь…это не меняет моего положения. И встречи с тобой могут стать короткими вспышками счастья в темноте…Жалею ли я. Скорее да, чем нет.

— Мне нравится твоя честность… в твоей жизни будет больше света, я обещаю.

— Я смогла дать Лизе стабильность. Она заслуживала лучшей жизни, а вместо этого я все разрушила. Каждую ночь я думаю о ней, — продолжила я, не сдерживая голос, который теперь дрожал. — Думаю, где она. Вспоминаю ее голос, ее смех… Господи, я даже не знаю, смеется ли она сейчас.

Я почувствовала, как к горлу подступил ком, и слезы снова начали жечь глаза.

— Когда она была рядом, все казалось правильным, каким-то... настоящим. А теперь… Теперь я ничего не чувствую, кроме пустоты. Она — мой воздух, мой свет, а я… я лишила ее того, что она должна была иметь.

Мой голос сорвался, и я замолчала. Слезы катились по щекам, но я не пыталась их стереть. Я не могла больше удерживать это в себе. Говорить все это Амирту было странно, почти неправильно. Он ведь никогда не показывал, что ему не все равно.

Но я вдруг почувствовала, как он двинулся. Его рука, крепкая и теплая, медленно потянулась к моей. Он переплел наши пальцы, сжал их — не сильно, но достаточно, чтобы я поняла, что он здесь.

Я повернулась к нему, и наши взгляды встретились. Его лицо оставалось сдержанным, как всегда, но его глаза… Золотые, глубокие, сейчас они были другими. В них было что-то мягкое, что-то, что он явно пытался скрыть.

— Ты сделала то, что должна была сделать, — сказал он тихо, его голос прозвучал так, будто он проглотил слова, которые не хотел выпускать наружу.

Я отвела взгляд, не зная, что ответить.

— Лиза… — я замолчала, снова пытаясь взять себя в руки. — Лиза — это все, что у меня есть.

— Она жива, Женя, — его голос прозвучал неожиданно мягко, как шелест, который ты слышишь перед восходом солнца. — Это самое главное. Она жива. И скоро у тебя родятся еще дети…Наши дети. Мои дети. В твоей жизни многое изменится.

Мое сердце дрогнуло, но я не могла поверить этим словам. Не могла просто взять и принять, что все будет хорошо. Я слишком долго жила в страхе и боли, чтобы так просто отпустить их.

— Но я не с ней, — прошептала я.

Глава 30

Амирт все еще лежал рядом, его рука невесомо касалась моего живота, но я знала: это только внешнее спокойствие. Внутри него бурлила ярость, которая еще не нашла выхода. Я слышала, как его дыхание становилось все глубже, будто он пытался унять тот шторм, который бушевал внутри. Мысли о том, что я собиралась сказать, не давали мне покоя. Я не знала, как начать. Не знала, как он отреагирует.

— А ведь есть еще что-то, что гложет тебя…Я хочу чтобы ты все рассказывала мне сама. Чтоб я не узнавал от слуг, от Фариды и Омара.

Я сжала в кулак ткань простыни. Этот разговор был неизбежен. Если я продолжу молчать, это может стоить нам слишком дорого. Мне слишком дорого и вот…он момент когда стоит сказать ему.

— Сегодня… – начала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, – я почувствовала что-то странное.

Он тут же привстал, опираясь на локоть, его взгляд впился в меня, как острый клинок.

— Что именно?