Книга Между любовью и ненавистью, страница 120 – Шейн Роуз

Я покосился на котят, к которым невольно проникся симпатией.

— Не обижай их, Доминик, – предупредила она.

— И это все? – спросил я. В тот момент я был готов подарить ей целый мир, лишь бы удержать девушку рядом.

Она нахмурилась:

— Думаю, да.

— Хорошо. Я буду заходить в ванную каждый раз, когда ты принимаешь душ.

Она закатила глаза:

— Ни в коем случае. А если я…

Она осеклась, и я догадался, о чем шла речь.

— Если ты что?

— Ну, эм… Если там будет кто-то со мной? – пролепетала она, явно стараясь сбить меня с толку. И это сработало.

Я нахмурился, захлопнул ноутбук и неторопливо подошел к ней. Она отстранилась, когда я навис над ней, приблизив лицо почти вплотную.

— У тебя не будет других мужчин ни здесь, ни где-либо еще. Ты принадлежишь мне.

— Ну, строго говоря, я твоя понарошку, – поправила она, будто могла удержать ту тонкую грань, что стиралась между нами.

— Ответь мне. – Я прижался к ее животу. – По-твоему, мой член считает, что все это понарошку? Ты пробудешь тут три месяца. И эти три месяца ты будешь только моей.

— Ты ведешь отсчет? – прошептала она и покачала головой. – Хотя это не имеет значения. Если хочешь, чтобы я была только с тобой, ты сам будешь соблюдать то же правило?

— Не задавай идиотских вопросов. Разумеется, на меня это тоже распространяется. Я не сплю с женщинами, к которым не испытываю влечения. Сейчас единственная, кто мне по-настоящему нравится, – это ты. Я просыпаюсь с мыслями о тебе в кабинете и буду засыпать, представляя, как ты кончаешь на мой член, а твои прекрасные волосы рассыпаются по груди в моей постели. Воплотим мою фантазию или отложим на потом?

Она прикусила нижнюю губу.

— У меня осталась всего пара недель до открытия. Да и у тебя тоже. Нам следует сосредоточиться на работе, а не предаваться развлечениям. К тому же профессиональная этика…

— Пустые слова, когда я знаю, какая ты на вкус.

Она сделала шаг назад.

— Что за глупости, Доминик. Ты наверняка лучше других разбираешься в токсичных отношениях. Наши превратились бы в целую бочку яда, если бы мы продолжали потакать своим желаниям, как сейчас. – Она резко выдохнула и вскинула на меня большие зеленые глаза. – Верно?

Проклятье, мой член отчаянно требовал возразить. Но разум холодно подтверждал: она говорит правду. Моя бывшая приготовила целую кастрюлю яда и заставила меня проглотить все до дна. Я утратил веру в любовь, в отношения, в саму возможность счастливого финала.

Я отступил и едва слышно прошептал:

— Верно.

Она повторила за мной, и я увидел, как померкло ее лицо, как мгновенно воздвиглись привычные барьеры. Она сделала глубокий вдох, извинилась и направилась распаковывать вещи. Это единственное слово перестроило наши отношения.

Дни неспешно сменяли друг друга, а мы по-прежнему лишь мимолетно встречались в коридорах. Ни прикосновений. Ни взглядов. Наши диалоги сводились к приветствиям и бессодержательным репликам. Однако, когда она задерживалась в пекарне, я неизменно посылал за ней машину, а сам бесцельно бродил возле ее комнаты. Время от времени заглядывал внутрь и замечал, что она разместила на комодах снимки, прежде украшавшие ее квартиру.

Меня чертовски раздражало, что на фотографиях она запечатлена с другими людьми, даже с Эви, Декланом и моим племянником Аттикусом.